Но благоразумие побеждает и появляются маленькие белые существа, жившие в воздухе между небом и землёй, которыми правил хороший бог Фрей, обитающий во дворце в Альвхейме. Это были прекрасные добрые создания, чистые и невинные. Они были такими маленькими, что могли летать совершенно незамеченными среди цветов, птиц и бабочек.
— Белые эльфы? — переспросила я, удивляясь похожестью легенд.
— Да, и чёрные, — подтвердил Матс, — тоже маленькие, но с тёмной кожей, зелёными глазами, большими головами, короткими ножками и ступнями, похожими на вороньи лапы, они были столь некрасивы, что им приказали укрыться под землёй и никогда не показываться на поверхности днём, иначе под лучами солнечного света они обратятся в камень.
— Хм… добрые здесь Боги, сами создали и сами же изгнали, — пробормотала я поёжившись.
— Но они стали искуснейшими мастерами. Никто лучше их не умеет обрабатывать драгоценные камни и металлы, — продолжил Матс, склонившись ближе ко мне, тихо произнёс, — Хакон точно с ними знается.
— На гномов похожи, — улыбнулась я, из мужчины вышел отличный рассказчик, казалось, он даже голоса менял, когда вещал от имени Богов.
— Бабка говорила, что видела одного, — прошептал мужчина, оглядываясь, не услышал ли его кто.
— Спасибо тебе большое, — искренне поблагодарила я, поднимаясь с пенька, заменяющий мне стул и кресло в придачу, — ты очень интересно рассказываешь.
— Да чего там, время хоть пролетело быстро, — махнул рукой Маст, тоже поднимаясь со своего места, — пойду Свейна будить, но прежде осмотрюсь.
— Доброй ночи, Матс.
— Доброй, Эви.
Пробираясь в шатёр, старалась внимательно глядеть под ноги, иначе будет очень «весело», если я завалюсь на кого-нибудь спящего. На пороге ненадолго замерла, осмотрелась, единственное свободное место оказалось рядом с Хальгордом…
Мысленно застонав, я обернулась, взглянув на костёр, с содроганием вспомнила прошлую ночь, когда, с одной стороны, печёт, а, с другой — мёрзнет, я всё же набралась смелости и осторожно, чтобы не разбудить мужчину, устроилась рядом.
"Сон не шёл, спиной я ощущала идущий жар от конунга, а ещё его горячее дыхание щекотало мне затылок. Всё это волновало и заставляло моё сердце биться сильнее. Стараясь не думать о мужчине, я, вслушивалась в шум: крики ночных птиц, радующихся своей добычи, шелест кустов в ночной тишине звучал особо громко и писк мелких зверьков… незаметно для себя уснула.
— Светлого, — прошептал Хальгорд, не отводя от меня взгляд.