Даже в мелочах подчеркивая свое сходство с Ши Минцзином, ей годами удавалось поддерживать в императоре любовный интерес. Это было похоже на то, словно воображаемый третий лишний всегда присутствовал в постели рядом с ними.
Хотя этот ветреный мужчина любил проводить время в ее обществе, с момента вступления в брак Мо Вэйюй донимал ее своим вниманием только если был расстроен или пьян. Сун Цютун для себя решила, что, скорее всего, Мо Жаня вообще не очень привлекает женская красота. Так что незримое присутствие Ши Минцзина ей совсем не мешало, а даже играло на руку.
Ей было совершенно ясно, что тот мужчина с Пика Сышэн, умерший много лет назад, был истинной любовью Тасянь-Цзюня.
Разве можно сравнивать его и Чу Ваньнина?
Сун Цютун думала, что наставник Чу был всего лишь игрушкой, на которой Тасянь-Цзюнь вымещал свою злобу, ненависть и грязные желания, в его лице втаптывая в грязь все идеалы и моральные устои мира. Хотя после того, как Чу Ваньнин обменял свою жизнь на жизни его врагов, Мо Вэйюй изводил себя, день и ночь думая о нем, Сун Цютун полагала, что все это из-за чувства вины, и потребуется совсем немного времени, чтобы ее муж забыл об этом.
Она была уверена, что раз уж обладает лицом Ши Минцзина, живой мертвец из Павильона Алого Лотоса ей не соперник.
Но она не могла допустить, чтобы Мо Жань и дальше сходил с ума. Тем более сейчас, когда в государстве было неспокойно, и то и дело вспыхивали восстания. Она боялась, что совершила ошибку, когда последовала за этим господином.
"Поразмыслив и взвесив все плюсы и минусы, Сун Цютун набралась смелости и сказала:
— После того, как образцовый наставник Чу покинул нас, никто больше не достоин того, чтобы занять Павильон Алого Лотоса.
— Неплохо.
— Я подумала, раз уж посещения этого павильона так расстраивают ваше величество, не лучше ли…
— Не лучше ли, что? — Мо Жань прищурился.
— Лучше запечатать Павильон Алого Лотоса. У этого места может быть только один хозяин. Это было бы хорошим завершением этой истории.
Автору есть что сказать: О причинах смерти императрицы Сун.
Дипломная работа барышни Сун могла бы называться: «Рассуждения о том, как непонимание сути[100.