Сейчас Мо Вэйюй был так похож на не слишком умного юношу, который наконец-то понял, что влюблен в красавицу. Эта его первая любовь казалась такой неловкой и неуклюжей, даже немного жалкой, но в то же время не могла не вызывать умиления.
Чу Ваньнин: — …
Если до этого он был просто напуган, то теперь, можно сказать, что он был в ужасе.
…он боялся сотворить что-нибудь безрассудное!
Как же вышло, что этот здоровенный дурень[143.7] вдруг так изменился и теперь творит все, что хочет, не считаясь ни с кем.
Автору есть что сказать:
Маленькое представление «Почему ты не среагировал[143.8]?»
Лин-эр: — Бессмертный господин, почему вы не отреагировали, когда я обняла вас? Может, у вас болезнь[143.9] какая? (Или ему не нравятся пышки?) Хотите пригласим лекаря, пусть осмотрит вас, выпишет секретный рецепт, который и мертвого поднимет.
Мо Жань: — ...Барышня… причина в том, что этот рукав отрезан[143.10], просто прими это.
Лин-эр: — Переживаете, что у вас рукав порвался? Давайте, я помогу вам его зашить!
[Визуал к главе 143]
Глава 144. Учитель, я люблю вас
Мо Жань неторопливо достал из чаши листочек бумаги и развернул его.
Бегло пробежав глазами по строчкам, он облегченно выдохнул, но уже спустя секунду немного напрягся.
— Что там? — спросил деревенский староста.
Мо Жань передал ему бумагу. Ознакомившись с ее содержимым, староста хохотнул:
— Ха-ха-ха! К счастью, с бессмертным господином Мо к нам в гости не пожаловал никто из его сестриц-наставниц и младших сестриц по обучению, а то, чего доброго, кто-нибудь точно был бы обижен.
Чу Ваньнину с самого начала было интересно, что там за вопрос вытащит Мо Жань, а после слов старосты его любопытство достигло апогея, и он уставился на бумажку так, словно хотел просверлить в ней дыру.
Мо Жань со смехом сказал:
— Но, староста, посмотрите, что здесь написано. Разве это не нарушение правил? Всем задавали один вопрос, а тут целых три.
— Господин даос на редкость удачлив, раз вытащил именно этот жребий, — ответил староста, — но если вам не нравится, то можете бросить эту бумагу назад и попробовать вытянуть еще раз.
Если заново тянуть жребий, то не факт, что ему не выпадет что-то вроде «какая женщина красивее: с длинными ногами или с тонкой талией» или что-то в этом роде, поэтому Мо Жань с улыбкой отмахнулся от его предложения:
— Ясно, ясно. Оставим этот.