— Я просто продам ее, — Мо Жань засмеялся и щелкнул пальцами, после чего алая бабочка взлетела и села на отложенные Чу Ваньнином в сторону яблоневые цветы. Ее крылышки ярко вспыхнули, когда она пробралась в сердцевину золотого цветка и начала его опылять. — У меня нет ни стыда ни совести, так что я попрошу десять золотых за одну.
Чу Ваньнин внимательно следил, как такая же бесстыжая, как и ее хозяин бабочка порхает с цветка на цветок, слизывая с тычинок сладкий нектар.
Лицо его почернело.
— Мо Вэйюй!
— ...Что случилось?
Он был так зол, что не знал, что сказать.
В конце концов, Чу Ваньнин с трудом подавил свой гнев и хрипло выдавил:
— Ей красная цена три медяка, не больше.
Мо Жань расхохотался.
Насмеявшись всласть, он создал еще одну бабочку, которая на этот раз мягко приземлилась на яблоневый цветок, еще не покинувший кончики пальцев Чу Ваньнина.
— Другим людям я продам ее за десять золотых. Думаю, это хорошая цена.
Чу Ваньнин разозлился:
— Тогда давай ты продашь своих бабочек мне! — переведя дыхание, Чу Ваньнин жестко закончил.
Поразмыслив немного, он дополнил свое деловое предложение:
— Но пока у меня нет денег, так что я заплачу тебе, когда мы вернемся на Пик Сышэн.
Создав третью бабочку, Мо Жань с улыбкой легонько подул на нее и огненная красавица запорхала вокруг Чу Ваньнина в причудливом танце. Сам же молодой человек, подперев голову загорелой рукой, мягко сказал:
— О чем вы?
— ...Не хочешь давать мне в долг?!
С надменным выражением лица Чу Ваньнин гордо вскинул подбородок и гневно свел брови.
Однако этот беспринципный наглец только широко улыбнулся, продемонстрировав ему свои сладкие ямочки, а потом вкрадчиво произнес:
— Нет, я хотел сказать...
И что же он хочет сказать?
Придав своему лицу еще более холодное и величественное выражение, Чу Ваньнин приготовился принять бой.
— Купите меня.
Намеренно или нет, но Мо Жань выразился так же двусмысленно, как сделал до этого Чу Ваньнин. Подперев щеку рукой, он серьезно посмотрел на него и, ласково улыбнувшись, сказал:
— Берите все, не нужно платы[176.7].
Он не ожидал подобного ответа.
Чу Ваньнин был поражен, на его лице тут же вспыхнул румянец.
Стояла уже глубокая ночь, когда бабочки и цветы яблони заполнили весь дом.