От яркой вспышки стало больно глазам, и тут же налетел шквальный ветер, поднявший огромные волны. Собравшиеся на побережье люди, оказавшись в эпицентре шторма, пытались закрыть лица, прикрываясь рукавами.
Чу Ваньнин лишь слегка прищурился. Его собранные в хвост длинные волосы и свободная одежда трепетали под яростным натиском ветра. Когда золотой свет погас, люди осмотрелись по сторонам и обнаружили, что дракончик бесследно исчез. На берегу опять стало тихо и спокойно.
— Эй? Он пропал? — спросил какой-то храбрый ребенок.
В мертвой тишине все запрокинули головы, и тут из густых облаков вынырнул могучий дракон. Его огромные глаза ярко сияли, острые когти были агрессивно выпущены, усы толщиной с вековое дерево воинственно топорщились. Словно хищник, выслеживающий добычу, он величественно парил в вышине. Сделав несколько кругов над ними, он вдруг заложил крутой вираж и камнем упал вниз!.
Всех снова накрыло порывом шквального ветра.
— Ой!..
— Папа!
Потерявший родителей ребенок был так напуган, что тут же заплакал и по привычке стал звать отца. Мо Жань взял малыша на руки и попытался шепотом успокоить его.
Чу Ваньнин не ожидал, что опять напугает это дитя, поэтому после минутного замешательства прикрикнул на летящего прямо на людей дракона:
— Не так быстро!
— А?
Услышав его приказ, огромный дракон глухо заворчал и с грохотом приземлился на каменистый берег, неспешно разместив на прибрежной косе свое впечатляющее тело.
Этот дракон был настолько громадным, что лететь сидя на нем было все равно что стоять на земле. Неудивительно, что Чу Ваньнин, который так не любил полеты на мече, хотел оседлать именно его.
Желая немного подбодрить Чу Ваньнина, Мо Жань поддразнил сидевшего у него на руках ребенка:
— Хочешь полететь на драконе вместе с вон тем старшим братом?
Однако малыш совершенно этого не желал и, уткнувшись лицом в его плечо, прошептал:
— Скажу тебе по секрету: он мне не нравится.
Так же тихо Мо Жань прошептал в ответ:
— Скажу по секрету только тебе — мне он очень нравится.
— А?.. — малыш был потрясен до глубины души, но, в конце концов, он был слишком мал и бесхитростен, чтобы понять смысл слов Мо Жаня, поэтому тихо спросил, — в самом деле?
— Тссс! Никому не говори.
Ребенок засмеялся и, прикрыв рот рукой, несколько раз кивнул.