Толстый, истекающий смазкой член яростно терся о внутреннюю сторону его бедер, а его собственное тело, охваченное негой, совсем размякло, спина словно онемела, а глаза заволокло туманной дымкой вожделения. Смущенный Чу Ваньнин совсем утратил связь с реальностью, испытывая сильнейшее возбуждение оттого, что его любимый мужчина так самозабвенно и страстно трется об него. Повернув голову набок, он уткнулся лицом в зазор между матрасом и подушкой, по которой в беспорядке разметались его волосы...
Член Мо Жаня несколько раз прошелся в опасной близости к входу в его тело, словно намереваясь, полностью погрузившись в распластавшегося под ним мужчину, раз и навсегда взять над ним верх и подчинить себе своего строптивого учителя.
"Промежность Мо Жаня яростно и пылко, безумно и жадно снова и снова билась об его бедра.
Быстрые шлепки, с которыми встречались их тела, были отчетливо слышны в тишине комнаты, густые и жесткие волосы щекотали его ягодицы, от пота и смазки кожа на бедрах становилась все более липкой, горячей и раздраженной.
— Учитель, сожми еще немного... А-а-ах!..
В хриплом голосе Мо Жаня было столько страсти и желания, что Чу Ваньнин без лишних вопросов сделал то, о чем он его просил.
— Да!.. Вот так... Еще сильнее… Ох, блять!..
Вожделение нарастало, разум затуманивался. Постепенно дикая животная похоть почти полностью захватила страстно совокупляющихся мужчин.
— Учитель... золотце... ты такой горячий внутри… О... да!..
С членом, зажатым между бедрами, слушая, как под аккомпанемент влажных звуков столкновения их тел Мо Жань сыплет грязными словечками, Чу Ваньнин почему-то вовсе не ощущал себя испорченным и грязным. Жадно вслушиваясь в хриплое дыхание Мо Жаня, он чувствовал, что сам сошел с ума, иначе почему, несмотря на полное жара сердце, сорвавшееся на дикий бег, он тихо спросил:
— Тебе хорошо?
— Хорошо… — Мо Жань чуть приоткрыл глаза.
Он наклонился над Чу Ваньнином, заключил его в кольцо своих сильных рук и прижал к кровати так, что они полностью переплелись телами в единое целое, буквально склеившись до пояса, в то время как нижняя часть Мо Жаня с каждым ударом затягивала их обоих все глубже в водоворот влажного жаркого безумия.