Пусть, по сравнению с тем же Сюэ Мэном и другими учениками старейшины Юйхэна, их отношения с Чу Ваньнином не были настолько близкими и доверительными, но все равно жизни этих двоих были неразрывно связаны, ведь только лишь из-за несчастливого стечения обстоятельств Наньгун Сы не стал его первым учеником.
Время от времени Наньгун Сы размышлял: что если бы в прошлом на озере Цзиньчэн не произошел этот безжалостный обмен и его мама осталась жива? Разве не называл бы он сейчас Чу Ваньнина «учитель»?
— Долог путь до горы Цзяо, — сказал Чу Ваньнин, — я слышал, для того, чтобы выразить почтение, перед восхождением необходимо поститься десять дней, иначе дух водного дракона отвергнет просителя и не пустит на гору.
Наньгун Сы покачал головой:
— Сейчас в мире совершенствования мало кто не затаил обиду на меня и Е Ванси. Вряд ли нам когда-нибудь удастся избавиться от этого клейма.
— Что за чушь ты несешь?!
— …
— Поститься десять дней довольно тяжело, а если в это время враги найдут вас? — попытался убедить его Чу Ваньнин. — Кроме того, Глава Сюэ — очень великодушный человек, он не позволит вам двоим вот так уйти. Послушай меня, не спеши уходить.
После всех тех трудностей, что им пришлось пройти, Наньгун Сы был изнурен до крайности, и сейчас, услышав слова Чу Ваньнина, на тот камень, что давно лежал у него на сердце, словно пролилась кислота, а к глазам подступили слезы.
Быстро опустив голову, он сказал:
— Образцовый наставник, Наньгун Сы никогда не забудет вашей милости.
— Да перестань, я прошу остаться на несколько дней, о какой милости тут может идти речь? — отмахнулся Чу Ваньнин. — Кроме того, я попросил тебя прийти, потому что есть одно дело, которое нам нужно обсудить.
— Образцовый наставник, говорите.
— Я слышал, как Сюй Шуанлинь говорил, что твое золотое ядро развивается по пути насилия[196.2] и в своем развитии склонно к отклонению духовного потока вплоть до одержимости и безумия[196.3]. С этой болезнью тебе стоит обратиться к госпоже Ван, чтобы она тебя осмотрела и помогла тебе.
Наньгун Сы на миг оцепенел, а затем, горько усмехнувшись, ответил:
— Этот порок семьи Наньгун передается из поколения в поколение.