Сама увидишь.
Щелкаю ее по торчащему кверху носику и ухожу, пока не передумал. Мне так захотелось вдруг все бросить. Просто уехать с ней куда-нибудь подальше и забыть о Брагине, Маринке, Витьке… Обо всех, кого собираюсь наказать.
Уже по дороге в офис Евстигнеева, сидя на пассажирском сиденье, задумываюсь. И опять об этой татуировке. Если то была Саша, узнала ли она о случившемся?
Закрываю глаза, откидываясь на сиденье. В виска бьет колокол. В животе скручиваются канаты, пронизывая болью и невероятным напряжением.
— Любите его? — спросил я тогда. Но вместо утвердительного ответа, который ждал с ужасом в сердце, Саша просто пожала плечиком. — Не знаете? Как давно вы вообще знакомы? Где познакомились?
— Месяц назад. В спортклубе, он там работает, массажистом.
Охренеть. Очень странное совпадение… Даже не странное, а пугающее. Меня начинает едва ли не скручивать от плохого предчувствия.
— Неужто повелись на внешнюю привлекательность? Александра, вы меня удивляете.
— Нет, все произошло случайно, всего один раз, — она словно оправдывалась."
"— Один? Так вы не в отношениях? — она с каждым словом вгоняла меня во все больший шок. Мало того, что оказалась беременна, так еще и от практически незнакомого мужчины. То есть так я думал в тот момент, но сейчас в свете новых фактов, чувствую, как дрожь проходит по позвоночнику.
— После этого мы и начали встречаться, — развела руками.
— Какая-то неправильная последовательность, не находите? — Меня распирало от злости. На нее, на этого Игоря.
— Ну всякое бывает. — В тот момент я на мгновение почувствовал себя едва ли не папочкой. Так хотелось взять ремень и отходить глупую девчонку ремнем по заднице. — У нас сначала случился секс потом конфеты, букеты. Я была очень уставшей тем вечером, когда мы с вами тут активно завершали сделку, а он очень настойчивым…
Черт! Точно.
Меня бросает в холодный пот, когда все встает на свои места. Получается… не Игорь отец ребенка. Он даже не занимался этим с ней, поэтому и не признал его. Это я! Я отец!
Глава 31
— Саша, — тихо просит босс, когда наше уединение нарушает его новый помощник, — оставь нас, пожалуйста, на минутку.