— Тогда ты можешь открыть свой рот. Итак, как…
Доктор без границ рассмеялся, но она увидела, как вена на его шее стала более выраженной, а лицо раскраснелось.
— Может, ты и инспектор, но я врач и…
— …и только что объявил, что наш заключённый мёртв, так что твоя работа на этом выполнена, Патология позаботится обо всём остальном. Можешь либо ответить прямо здесь, либо отправиться в одну из соседних камер. Окей?
Катрина услышала, как Сон Мин тихо откашлялся рядом с ней. Она проигнорировала это осторожное предупреждение о том, что зашла слишком далеко.
Она сделала вдох. Выдох. Затем снова.
— Извини, — вздохнул доктор, взглянув на неё. — Я веду себя как ребёнок. Просто похоже на то, что он очень долго мучился, но никто ему не помог, а потом… потом я отреагировал эмоционально и обвинил во всём твоих людей. Извини.
— Всё в порядке, — сказала Катрина. — Свои собственные извинения приношу вслед за твоими.
Он покачал головой.
— Могло быть из-за этого. — Он кивнул на кровь на побелённой стене. — Но я ещё не видел, чтобы кому-нибудь удавалось покончить с собой, ударившись головой о стену. Так что, возможно, патологоанатому стоит проверить это, — он указал на желтовато-зелёную лужу рвоты на полу. — Я слышал, что он мучился от боли.
Катрина кивнула.
— Есть ещё варианты?
— Ну, — сказал доктор, вставая на ноги, — возможно, его кто-то убил.
ГЛАВА 41
Четверг
Скорость реакции
Было семь часов вечера. И в Институте судебной медицины свет горел только в лаборатории. Харри уставился сначала на скальпель в руке Хельге, а затем на глазное яблоко, лежащее на стеклянной пластинке.
— Ты действительно...? — спросил он.
— Да, мне нужно посмотреть, что внутри, — сказал Хельге и сделал разрез.
— Ну да, — сказал Харри. — Похороны, я полагаю, закончились, и никто из семьи больше её не увидит.