В нашем случае в правилах четко сказано: расстояние от красной линии до строения должно составлять шесть метров.
– А у вас?
– А у нас один.
Я наколола зубочисткой кусок дыни из Люсиной тарелки."
"– Но ведь здание уже стоит? – уточнила она.
– Двадцать пять лет, – подтвердила я. – Отличное здание, простоит втрое дольше. Но разрешения нам не дают, потому что цех слишком близко от красной линии.
– Как же его возвели?..
Я развела руками.
– Этого никто не знает. Возможно, городская площадь четверть века назад выглядела иначе.
Отличное место для того центра, который задумал наш инвестор. С широкими съездами, так что машины посетителей не мешали бы общему движению. Прекрасно вписанное в пространство. С прилегающей сзади площадкой, из которой получилась бы просторная парковка.
Сейчас эти красивые прочные стены мертвы. Но я вдохнула бы в них новую жизнь! Я так люблю, когда здания с историей не умирают, а перевоплощаются!
Инвестор сберег каждый кирпичик.
И вот пожалуйста: в департаменте градостроительной политики ничего не утвердили.
Красная линия!
Мы показывали наш драгоценный объект на картах, объясняли, что он уже стоит, – чиновники были неумолимы.
«Что же нам делать, снести его? – спросили мы. – И выстроить на его месте новое, со всеми отступами?»
Ни в коем случае! Прекрасное здание, где основания для сноса?
Мы с моим Назаром зависли в пустоте. Снести нельзя, да мы и сами костьми легли бы, лишь бы цех стоял. Зарегистрировать невозможно.
«Придумайте что-нибудь!» – заявила нам очередная чиновница, и мы думали уже третью неделю, тыкаясь во все кабинеты по очереди и уговаривая сердитого инвестора потерпеть.
– И это нам еще исключительно повезло с заказчиком, – закончила я свое повествование.
– Но что же вы будете делать?
Я пожала плечами.
– Поеду на прием к главному архитектору города, как только он вернется. Собиралась сделать это на той неделе, но он смылся в отпуск. Должно помочь.
– Представляю, сколько нервотрепки с этим связано, – сказала Люся и вдруг прыснула, зажав ладонью рот.