Я, подражая Григорию, бралась за бутылку и все остальное, что складывала в рюкзак, в тонких латексных перчатках. Боровик похвалил меня за предусмотрительность, тут же добавив, что ничего страшного не случилось бы и без перчаток, просто-напросто «сняли бы и ваши пальчики». Но мне не хотелось возвращаться к Харламовым с перепачканными ладонями."
"Боровик развлекал меня с заднего сиденья рассказами о том, как можно самостоятельно изготовить дактилоскопический порошок из кукурузного крахмала и копоти. Копоть предполагалось соскабливать с донышка керамической миски.
Но вскоре он умолк. Некоторое время мы провели в тишине, нарушаемой его кряхтением.
– Готово, – сказал наконец Алексей. – Теперь рассказывайте, где холодильник. У вас дома? Обитатели имеются?
– Сначала отдайте мне, пожалуйста, чашки и… прочее.
Пивную бутылку я сразу выкинула в мусорный контейнер. Возвращаясь к машине, заметила Богуна, входившего в калитку.
Надо не забыть зайти в магазин на обратном пути…
– Холодильник-то где? – поторопил меня Боровик.
– Нам нужно проехать вперед и перед киоском свернуть налево.
Я вела Боровика объездным путем, чтобы мы подъехали к дому Галины с противоположной стороны.
– Так уже никто не говорит: киоск, – учил меня частный детектив, пока мы ехали.
– Мне тридцать четыре года, и я не вижу причин скрывать ни одного из них, – рассеянно ответила я.
– Так уж и не видите! Все женщины врут насчет возраста, можете мне поверить! Я насмотрелся на вашу сестру…
Боровик бубнил о своем огромном опыте, позволяющем ему слету определить психологический профиль любой встреченной личности. Я гадала, сохранились ли отпечатки на дверце морозилки.
– Стойте! Вон ее дом. Дальше пройдем пешком.
Ключ я спрятала в рюкзак еще утром. Надеюсь, никто его не хватится. Мы приблизились к маленькому коттеджу. Мне хотелось спрятаться за широкоплечим провожатым, в то время как Боровик шел уверенно, будто хозяин. Еще в машине я предупредила, что дом принадлежит не мне, а другому человеку. Боровик, ничуть не смущаясь, поинтересовался, велик ли шанс, что другой человек вернется, когда мы будем заниматься своим делом.