Под стяг Роберта, показавшего себя бесстрашным и неукротимым воином, стекалось все больше и больше людей. Роберт первым ворвался на стены Чаячьего города, после того, как лорд Графтон поднял там знамена Таргариенов. Оттуда он, рискуя оказаться захваченным королевским флотом, отплыл в Штормовой Предел, чтобы созвать войска. К тому были готовы не все – десница Эйриса, лорд Мерривезер, побудил некоторых штормовых лордов восстать против Баратеона. Но его усилия не принесли плодов из-за побед лорда Роберта у Летнего замка, где он выиграл три сражения в один день.
Еще больше побед Роберту и штормовым лордам принесло объединение сил с лордом Арреном и северянами, поддержавшими их дело. По справедливости прославлена победа Роберта у Каменной Септы, в так называемой Колокольной битве. Там он сразил знаменитого сира Майлса Мутона, бывшего оруженосца Рейгара, с ним еще пятерых, и мог бы убить и нового десницу, лорда Коннингтона, сведи их вместе битва.
Войска сторонников короля получали один удар за другим, но держались стойко. Рыцарей Королевской гвардии послали воссоединить остатки армии лорда Коннингтона, а с юга вернулся принц Рейгар – принять командование над новой ратью, набранной в Королевских землях.
На защиту принцессы Элии из Дорна в Королевскую Гавань по Костяному пути прибыло десять тысяч копий, которые присоединились к войску, собираемому Рейгаром. Те, кто был в ту пору при дворе, отмечают, что Эйрис действительно вел себя, как явный сумасброд. Доверял он лишь королевским гвардейцам, да и то не всем: сира Джейме Ланнистера его милость постоянно держал при себе, чтобы тот служил заложником против его собственного отца.