Первой мыслью было – Полька!
Одумалась? Вернулась?
Но он очень быстро вспомнил, что у нее есть ключи. Зачем ей звонить, когда просто могла зайти, она ведь не возвращала ему связку. Или выкинула, а теперь звонит?
Можно было проверить камеру и не гадать.
Но Максим не стал тратить на это время.
Помчался вниз открывать как был – в шортах с голым торсом. Вот только на пороге его ждала совсем не раскаявшаяся супруга.
– Привет, брат, – протянул Виталик с улыбкой.
И вошел в прихожую, заняв своей огромной фигурой все пространство.
"Макс считал себя высоким, широкоплечим, крепким, но в сравнении с Виталиком он даже мог показаться щуплым. Вот кто у них самый здоровый детина в семье. Лицом почти один в один с братом, а ростом в великанскую породу дедушки.
– Почему ты не ответил мне ни на одно сообщение? Я писал тебе три раза на неделе, предупреждал, что заеду, – сказал он, ставя на пол дорожную сумку.
– Ветал, было не надо тебя, – признался Максим честно.
Сообщения он видел, но за обилием работы и волнений руки не дошли ответить, а потом вообще про них забыл.
– Шибко занятой, да? – хмыкнул Виталик и прошел в гостиную.
Максим наблюдал, как он со свистом оглядел помещение.
– Я не понял, а почему у вас такой срачельник? – тут же стал умничать брат.
Бардак в гостиной и правда царил знатный.
После легендарного обыска Максим кое-как распихал вещи по местам, но и только. По полу клубилась пыль, даже пух от разодранной подушки – и тот не убран.
– Где твоя Полька, как она это допустила? – спросил брат.
Новая иголка Максиму точно в сердце. Как будто этих игл там мало! Оно, как кукла вуду, все истыкано, изранено.
– Нет здесь больше Польки, – прохрипел он глухо. – Разводимся.
На информацию о разводе брат отреагировал очень неожиданно. Сначала его лицо вытянулось, а потом вдруг огрубело, он явно разозлился.
– Какого хрена, Макс? Все-таки довел девку до ручки, да? Ну молодец, поздравляю.
Максим от такого высказывания опешил. Это он еще и виноват?
– Она изменила мне, – пробасил он глухо.
Но этот очень весомый аргумент не возымел на брата никакого действия.
Виталик криво усмехнулся, спросил:
– Твоя Полька? Изменила? Не неси чушь. Домашняя, послушная девочка вдруг побежала на сторону? Она же тебя любит. Со стороны оно невооруженным взглядом видно.