Выхожу из машины, догоняю ее возле подъезда, ловлю за талию, разворачиваю к себе.
– Ты эгоистичный мерзавец! – шипит мне в лицо, но не вырывается.
– Ну ты же любишь меня такого, – ухмыляюсь и насильно целую, слегка кусая губы. Улыбается мне и сама чуть кусает меня в ответ.
– Все, иди, собирайся, – шлепаю ее по заднице и отпускаю.
Таня поднимается, а я прикуриваю сигарету и облокачиваюсь на капот, в ожидании Доронина. Совершаю пару звонков в ангар, где пашут мои ребята. Прошу самого старшего из них все проконтролировать.
Захар паркует свою дорогую тачку S-класса, несколько минут тоже разговаривает по телефону, рассматривая меня. Мудак, чувствует свое превосходство. Какой благородный дяденька, отдает жену мне, нищеброду. А вот хрен тебе, она всегда была моей, и ты это понимаешь, поэтому и отдаешь. Смотрю на него, не отводя взгляда. Цинично усмехается, разговаривая по телефону, но, кажется, это посыл мне.
Выходит, одет вроде скромно.
Останавливается напротив меня, пряча руки в карманах пальто, потом вытаскивает ладонь в черной перчатке и подает мне. Тоже несколько секунд медлю, разминая шею, но все же пожимаю его руку, крепко сжимая.
– Холодно, поднимемся, – указывает на дом. – Выпьем кофе.
– Спасибо, но…
– Слушай, Аверин, она уже твоя, расслабься, а вот за дочь поговорим. Да и, как я понимаю, Таня там вещи собирает, помочь нужно. – Киваю, соглашаясь.
Таня округляет глаза, когда видит нас в прихожей.
– Все хорошо, собирайся, мы выпьем кофе, – успокаивает он ее, слегка улыбаясь. А мне хреново становится в этом доме, так, что нечем дышать. Я ревную Таню к этим стенам, к его обращению к ней, к запаху в этом доме, где все пропахло этим мужиком.
Шумно втягиваю воздух, но держу себя в руках. Захар указывает мне на небольшой бежевый диван и включает кофемашину, подставляя две чашки. Он прикрывает за нами дверь и садится напротив, складывая руки в замок, опуская их на стол.
– Татьяна живет эмоциями, она не может без них.