Почему она там родилась, да еще тридцать пять лет назад? Какой это у нас год-то был? Шестьдесят седьмой? Восьмой? В открытый космос вышли, поля засеяли кукурузой, Венгрию давно приструнили, Чехословакию только что за «железный занавес» подергали, проверяя прочность – ничего, прочный, висит! – до Афганистана далеко, до Солженицына в списках – близко. Как в это время можно было родиться в Лондоне?
– Вы зовете его Костик, он ваш… друг?
– Он мой начальник, – объяснила она, не дрогнув. Ловко подняла турку, так, чтобы ни капли кофе не пролилось мимо крохотной чашечки, и стала наливать во вторую.
– Начальник и друг, – настаивал капитан, – или любовник?
Она приткнула турку на край плиты и обеспокоенно взглянула на дверь. Там, за дверью, был ее сын, но закрывать ее Кира Ятт не стала.
– Он никогда не был моим любовником, – отчеканила она, слегка понизив голос, – мы… вместе начинали работать, когда «Ист-Вест холдинг» принял решение о создании этого журнала.
– Когда это было?
– Пять лет назад. Главный редактор был другой, Володя Николаев, он сейчас в Америке живет. Он дружил с Костиком, взял его на работу, стал двигать, а потом уехал, а Костик его заменил.
– А вас кто двигал?"
"Она пожала плечами под домашним свитером из разноцветной шерсти. У свитера был обширный вырез, и в этом вырезе виднелось много матово посверкивающего чистой кожей тела, и капитану это мешало.
– Меня никто не двигал. Я двигалась сама. Собственно, я особенно никуда и не продвинулась. Я второй заместитель главного редактора. Это весьма… посредственная должность.
– Какая? – переспросил капитан.
– Посредственная, – повторила она сухо, – для моего возраста, конечно. Сейчас все по-другому. Сейчас девочки и мальчики после факультета журналистики приходят, кому двадцать два, кому двадцать три, им уже давно куплены должности. Примерно такие, как моя.
– Ваш… Костик из этой же серии?
– Нет. – Она улыбнулась. Зубы были безупречными, как и плечи. – С чего вы взяли? Я же говорю – его двигал Володя, а они с Володей сто лет назад начинали в ТАСС или в РИА, я точно не помню.