Его глаза сверкнули красным пламенем. Закатив очи к потолку, я печально вздохнула.
– Манеры, да? – он громко рассмеялся. – То есть мечтать и надеяться на взаимность нужно молча?
– Дерек! – прорычала раздраженно. – Я слишком устала, чтобы следить за своими речами. И здесь все еще нет воды.
Я тяжело вздохнула.
– Но есть я, – он подкрался к моему креслу, – только скажи, и я приготовлю лохань и с любовью погрею в ней водичку, прибегнув к своей магии. Видишь, какой я полезный, женщина.
– Грей! – царственно махнула рукой.
– То есть компрометировать по полной нельзя?
– Дерек, – выдохнула я.
– Понял, уже лечу на крыльях любви с лоханью наверх.
Нет, он, конечно, не полетел, но исчез довольно быстро. Загремели ведра…
Через час я лежала в теплой воде и чувствовала себя умиротворенно. Не заботили тяжелые мысли. Я устала и хотела просто отдохнуть. Выспаться.
Смущало только одно – громкие шаги за дверями.
Дерек!
Улыбнувшись, я представила, что будет, узнай хоть кто-то, что мы наедине прожили под одной крышей день.
Какой кошмар!
Мне не хватило сил даже на сильное возмущение.
Хорошо сейчас было. Легко!
– Натали, я поставил кипятить воду. И еще нашел в холодильном шкафу лимоны для чая. Есть зефир и творожные плюшки…
В тесную умывальню тихо постучали.
– Буду и лимоны, и зефир. И, Дерек…
– Да-да, приличия, – он словно дразнил меня.
Снова шаги. Улыбнувшись, я взялась за мочалку…
Глава 7. Вкус твоего поцелуя
Гром. Оглушающий рокот заставил вздрогнуть и распахнуть глаза. Сон мгновенно растаял без следа. Повернувшись на бок, я посмотрела в окно. Вспышка молнии осветила небеса.
Нет, я не боялась грозы. Скорее даже любила, но заснуть при таком шуме мне всегда было сложно. Сев на постели, потянулась за одеялом, накидывая его на плечи.
Дождь хлестал по крыше террасы. С покатого козырька стекали потоки.
Прислонившись головой к косяку, я наблюдала за буйством водной стихии. Она завораживала.
– Не спишь, Натали? – тихий шепот был настолько неожиданным, что я вздрогнула.
Дерек сидел у двери, ведущей в его половину спальни. Расслабленный вид дракона не мог обмануть. Потрепанный, без рубашки, в одних подштанниках.