– Так вот, он меня к тебе и прислал. Вы тут, говорят, с Босым скентовались, бригаду свою сколачиваете, город хотите под себя отбить; Делавара побоку, а Полынск под себя, да?
– Да нет, брехня это все! Мамой клянусь, что брехня!
– Ты это Делавару расскажешь. Мы тебя сейчас к нему в Москву повезем.
– Зачем?
– Расскажешь ему, как Босой здесь воду мутит… Он давно из Москвы приехал?
– Кто, Босой? Нет, недавно…
– Ты с ним вместе приехал?
– Я там не был. Меня Делавар не взял…
– Где Босой живет, знаешь?
– Да… Он меня в кабаке ждет…
– Город делить будете?
– Кто вам такую чушь сказал?
– Где у вас тут кабак?
Сава и ресторан показал, и машину, на которой подъехал Босой.
– Могу Босого позвать, – вызвался Сава.
– Зови. Только из машины. Через закрытую дверь.
– Так он не услышит.
– Значит, будем ждать, пока сам придет…
Чапик не хотел выпускать пленника из машины. Даже под конвоем он будет опасен.
Браток по кличке Босой вышел из ресторана минут через сорок. Короткая стрижка, квадратная голова, маленькие усики, огромный нос. Рубаха у него синяя, джинсы коричневые, а туфли бежевые, и со стороны казалось, что он действительно босой.
– Опа! Знакомая рожа! – узнал его Стержень. – Он с Делаваром на стрелке был, Клюв ему там в рыло дал…
– На какой стрелке? – вскинулся Сава.
Чапик мог бы ответить в лоб, но не позволяла позиция. Поэтому он ударил его в висок, и парень отрубился. Это для того, чтобы вопросов лишних не задавал. И чтобы обузой не был…"
"Босой не видел, что происходит в «девятке». С отсутствующим видом он подошел к своей машине, открыл дверь, сел за руль, но машину завести не смог. Это Василь постарался, забил тряпкой выхлопную трубу.
Раздраженный Босой выскочил из машины, открыл капот, склонился над двигателем. За ним последовал и Василь.
– Эй, братан, ты не здесь ищешь!
Босой повернулся к нему лицом, но кулак был уже в полете. А удар у Василя мощный и молниеносный. Чапик помог затащить упавшего парня в «девятку», и только за ними закрылись двери, как Стержень ударил по «газам».
* * *Первым сломался Сава – что, в общем-то, и неудивительно.