Активно подвигавшись под музыку около получаса, понимаю, что мне нужна пятиминутная передышка и поход в дамскую комнату клуба. Девчонки идти отказались, и я, пробираясь сквозь плотную толпу, иду одна.
Женская уборная заведения находится в укромном закутке, сюда почти не доставала громкая музыка, давая отдохнуть активно работающему мозгу.
Захожу, с удивлением отмечая, что я совершенно одна посреди большого белого пространства, хотя в другие дни нужно минут десять в очереди простоять, чтобы попасть сюда.
Смотрю на себя в зеркало, опершись руками на столешницу с раковинами: всё-таки удачный у меня сегодня образ, однозначно.
За моей спиной стоит босс. Артов. Чудовище.
Чёрная рубашка без галстука, несколько пуговиц расстёгнуто. Руки глубоко в карманах брюк.
Он сверлит меня своим зелёным взглядом в отражении зеркала, кажется, даже не моргая. На несколько минут мы будто зависаем во времени, остановившись друг на друге."
"Я не знаю, что делать, и тем более, что говорить.
Когда он вошёл? Я даже не услышала, как открылась дверь. Может, просто уборные перепутал?
Именно сейчас мне почему-то становится стыдно за своё ультракороткое платье с глубоким декольте. А вообще – какого чёрта? Тут же не офис, а как я одеваюсь вне стен компании, никого не должно волновать.
Поворачиваюсь и, словно магнитом, снова притягиваюсь к его ошеломляющим глазам.
Артов молчит. Я не знаю, что сказать. И вообще, нужно ли что-то говорить? И зачем? Не самое подходящее место для беседы.
Взгляд босса перемещается на мои красные губы и дальше к груди, которая кричаще выпирает из глубоко выреза, и снова возвращается к глазам.
Сейчас я почему-то чувствую себя, как перед Артёмом, когда объясняла, почему задержалась с девочками в кафе. Но Артов мне никто, поэтому и объяснения не нужны.
Сделав уверенный шаг, пытаюсь обойти его и прошмыгнуть к выходу.
На меня смотрят совершенно пустые глаза, в которых нет отчётливых эмоций. Артов сверлит взглядом не отрываясь, наверное, в ожидании реакции или каких-то слов, а может, возражений. Но я молчу, не понимая, чего он от меня ждёт.
И теперь мне страшно…
Там, где его руки касаются меня, кожа горит, словно её облили кипятком.