Татьяна Николаевна обрадовалась, чуть ли не до слез:
— Сынок, уже прилетел! Ты такой молодец, что сразу прямо ко мне! Хочешь кушать? Конечно, хочешь, сейчас я все устрою!"
"Видимо, все мамы так устроены — в какое бы время и в каком бы возрасте не нарисовался отпрыск, первым делом его стремятся накормить и съесть все, что родительница выставила на стол одному невозможно, там, как правило, еды на трех-четырех голодных лесорубов.
Вот и Татьяна Николаевна подняла на уши повариху и та расстаралась.
Наконец, он насытился и, шумно отдуваясь, отодвинулся от стола.
— Мам, я на неделю вперед наелся. Спасибо!
— Нельзя же так, надо всегда во время кушать и спать достаточное количество времени. Посмотри на себя, на кого ты похож: худой, помятый, под глазами мешки, будто тебе за пятьдесят уже. Может, сейчас приляжешь?
— А, давай! Только, мама, когда я проснусь, то надеюсь, что кроме тебя меня никто — Влад подчеркнул голосом — совсем никто!!! — другой ждать не будет.
— Договорились, — вздохнула она, и Влад понял, что только что разрушил ее стратегические планы.
— Ты не справедлив к девочке, она тебя так любит, носит твоего ребенка, а ты ее избегаешь!
— Мама, я обещаю тебе, все это продлится максимум два дня.
— Что — «это»? — переспросила Татьяна Николаевна.
— Мое нежелание общаться с Мариной, — ответил Влад и мысленно добавил: — «Через два дня ты сама больше не будешь желать с ней общаться».
— Хорошо, не будем портить друг другу настроение, — покладисто согласилась мать. — Ты в свою комнату пойдешь?
— Да, как только смогу оторваться от стула. Перестарался за едой, но все было такое вкусное, что не было сил оторваться, — еще раз осчастливил родительницу мужчина.
А потом он на самом деле заснул, да так легко и сладко, как не спал уже несколько недель.
Встал он уже ближе к вечеру, отлично отдохнувший и, на радость матери, опять голодный. Слово она свое сдержала — Марина не появилась — но теперь решила, что может еще раз попробовать достучаться до непутевого сына.
— Владик, — приступила она к осаде.