Не пара

 — Сам туда садись и сам держи. Уже и имя дал?

— А как же, и имя и свидетельство выписали, — кивнул отец. — Нельзя человеку без документов!

— Меня даже не спросил, может, я другое имя хотела ему дать?

— Хотела бы — назвала бы, — возразил отец. — Ты к нему лишний раз подойти не хочешь, видеть его не желаешь, так что уж извини, сам назвал и все оформил.

Первое время, пока не перегорело молоко, Марина сидела дома, потом постепенно стала выбираться, пока избегая мест, где могла бы встретиться с прежними знакомыми.

Хотелось сначала привести в порядок фигуру, а потом уж возвращаться в свет. Хоть везде за ней тенью таскался один из папенькиных дуболомов, запрет на поездки не следовал, поэтому женщина воспряла духом. Отец крутился по работе, а дома все свободное время зависал в детской. И что там можно делать, удивлялась Марина, когда чудовище, то спит, то ест и больше ни на что не годно? Ладно, пусть крепче привязывается, ей это только на руку.

Дуболом Григорий в ее дела не вмешивался, просто неизменно находился рядом и Марина, волей-неволей обращала на него внимание.

Здоровый, молчаливый, эх, с таким бы на ночку-другую… Но только с защитой, больше она в эти игры не играет!

Прошло два месяца, организм восстановился, что подтвердил гинеколог, подбирая ей средства контрацепции, можно было возвращаться в «большой секс».

Первым делом Марина сделала то, что давно хотелось — затащила в свою комнату дуболома Гришу и тот, к ее радости, не подкачал. Правда, особой нежности не было, но, как оказалось, Марине больше нравилось, когда ее подчиняли, жаль, она раньше до такого не додумалась.

Сутки сплошного секса, дуболом, казалось, был всегда готов, давно она так не наслаждалась!

Неожиданно распахнулась дверь, и в комнату вошел отец, Марина пискнула и спрятала лицо за мощным телом Гриши, который двигаться перестал, но никаких попыток прикрыться или хотя бы слезть с дочери шефа даже не предпринял.

— Ну, ну и что тут у нас? — поинтересовался отец. — Познакомишь с зятем, дочка?

— С к-каким зятем? — из-за плеча дуболома спросила Марина.

— С которым ты гимнастикой занимаешься, — ответил отец. — Как тебя, напомни?

— Григорий Сомов.

— Ага, он самый. Ну, вы или разлепитесь уже или заканчивайте быстрее и выходите в гостиную, — проговорил Анатолий. — Я там подожду.

Марина лихорадочно одевалась, Григорий не спешил, но наконец, оба были готовы, и вышли в гостиную, где ждал Земов.

— Ну, что ж, поговорим? — начал отец.