— Ладно, как мне выезжать?"
"— Отправляешь Катю и выходишь из дома через другой подъезд, разумеется, в измененном виде. Телефон свой оставь дома, возьми деньги и самое необходимое. Время согласуем ближе к делу. На том же месте тебя заберет та же машина, на которой ты ездила фотографироваться. Доедешь на ней до соседнего города, там сядешь на электричку до Рязани. В Рязани пересядешь на московскую, а в Москве я тебя встречу. Там быстро проедем по магазинам, купишь себе одежду, и отвезу тебя к Одоровским. Связь через этот номер.
— Хорошо. Тогда до связи.
Ася отложила телефон и задумчиво посмотрела на стенку. Вот и все решилось, теперь только бы ничего не помешало! Вещи Кати собраны, ей еще ничего не говорили. Ее сумка тоже собрана, но теперь придется все разобрать. Ася, не подумав, уложила все свои лучшие вещи, но она же поедет в другом облике, так что придется покупать все новое. Денег оставалось совсем немного, хватит ли? Впрочем, она жить будет на всем готовом, выходить никуда ей не придется, так что пара костюмов, два — три платья, обувь она свою заберет, там ей не надо будет походку менять — в общем, как-нибудь, уложится в бюджет.
Ася вытащила сумку и принялась откладывать одежду. В Томске она одевалась очень скромно, не на что шиковать было, но когда устроилась на работу к Эдику, тот сразу сказал, чтобы купила для работы дорогие костюмы и платья, и даже выделил на это деньги. Не подарил, просто потом с каждой зарплаты понемногу Ася возвращала долг. Без настойчивости Велесова и его денежной помощи она ничего себе такого никогда не приобрела бы.
В комнату вошла мать.
— Ну, что? Есть новости?
Она так переживала за дочь и внучку, что места себе не находила. Что же это такое? Неужели, нет управы? Они же не в царское время живут, не крепостные же! Но дочь не разрешала обратиться в полицию, и Мария Алексеевна сдерживала порывы пойти и написать заявление. Настя права: кто они и кто он? Под Морозовыми весь город ходит, никто не пойдет против.
— Есть, мама.