Один день простоя на стройке грозил большими убытками.
— Уверена, что всё решится уже к утру, — постаралась подбодрить его.
Он лишь пожал плечами. Мы принялись за ужин, и воцарилась тишина. Адэм был погружён в свои мысли. Я в свои. Как бы я не старалась не думать об Анне Мартыновой и её брате, но стоило только погрузиться в себя, как сразу же множество вопросов образовывались в голове.
— Мы можем принять приглашение Леонида Мартынова на юбилей сестры? — спросила я внезапно.
Адэм посмотрел на меня удивлённо. Прищурился, отложив вилку с ножом, схватил стакан с водой и, откинувшись на спинку стула, ответил:
— Зачем? Не вижу смысла.
— Хорошо, если так, — отправив в рот кусок рыбы, ответила я. — Но если к этому моменту ничего не изменится, мы можем сходить?
Я старательно жевала, но почти не чувствовала вкус еды. Идея посетить праздник в честь дня рождения сестры Мартынова настигла меня неожиданно. Я пока не понимала, зачем именно мне это нужно.
— Можем, только зачем тебе это?
— Интересно посмотреть на женщину, которая была знакома с отцом, — ответила уклончиво.
Интересно, похожа ли она на брата? Такая же холодная и неприятная, как Леонид? Моё настроение упало, аппетит пропал. Я вновь почувствовала, как холодок ползёт по спине.
Мобильный Адэма затрещал, и он, встав из-за стола, принялся снова говорить по нему."
"Пока мужчина разговаривал, я убрала со стола. Разобравшись с посудомойкой, запустила её. Затем, прислонившись к столешнице слушала разговор Адэма, чтобы не блуждать в своих мыслях.
Мало кому захочется терять такого крупного партнера, как наша компания.
Закончив говорить, Адэм присел на диван, отбросил телефон и выдохнул. Он потянулся к волосам и, кажется, по привычке хотел нырнуть в них пальцами, но вовремя понял, что теперь такая роскошь ему недоступна.
Пока я наблюдала за ним, внутри разливалось тепло и щемило от желания быть к нему ближе. Он бросил на меня взгляд через гостиную. Нас разделяло расстояние, и его взгляд, словно магнит, притягивал меня. Оно послужило толчком, и я направилась к нему.
Этот вечер казался мне необычным. Не знаю, возможно, на меня так влияла перенесённая болезнь.