Но как только я попытался протянуть к ней руку, она тут же вскинулась и открыла глаза. Сфокусировалась на мне, изобразила нечто похожее на грустную улыбку и начала терять плотность. Становилась прозрачной и уже через несколько секунд исчезла полностью. А вместо нее на камнях осталось «сердце» — знакомый по типу, но чуть другой формы артефакт.
Я протянул руку, попытавшись его взять, но пальцы прошли сквозь пустоту. Не голограмму, но видение. А потом и оно исчезло, вернув вместо себя монолит.
— Вот и поговорили, — вздохнул я, чувствуя, что уже полностью все контролирую.
— Алекс, вы здесь? Я молчала, — ответила Сюин-старшая. — Вы что-то нашли?
— Пока не уверен. А вы?
— Я тоже не уверена, но есть версия, что мы с вами нашли место, где выращивают монолиты, — сказала доктор таким тоном, будто сама себе не верит. — Центральный — источник или донор, а сателлиты — его производные. Если вы приглядитесь к энергетическим потокам… То ничего не увидите.
— Хм, зачем тогда приглядываться?
— Остаточные следы.
— Которой уже нет? — спросил я, включая «ведьмачье» зрение и пытаясь хоть что-то разглядеть в мощном ореоле центрального монолита.
— Да, я думаю, что они уже выросли, — голос Сюин-старшей ускорился и начинал подрагивать от волнения. — Тот сигнал, который я зафиксировала, скорее всего, был этаким финальным аккордом. Я бы предположила, что он мог быть, наоборот, первым. Тот импульс, который или породил донора, или запустил его функции, но по времени не подходит.
Я посмотрел на самый маленький здесь. Встреть я его в пустошах Мерзлоты, там бы он считался выше среднего и даже пустой ушел бы на аукционе за большие деньги.
— И кому же, по-вашему, этот сигнал был отправлен?
— Не знаю, — вздохнула Сюин-старшая. — С уверенностью могу сказать только то, что сейчас все монолиты стабильны.
Я, наконец, привык к слепящей ауре и начал различать отдельные слои и нити. Увидел те самые остаточные следы, про которые говорила Сюин. Потом увидел еще вполне «живые» шлейфы, уходящие под землю и бегущие по стенам и потолку. То есть полу, если я сейчас сидел на потолке.
Теория доктора мне казалось вполне правдоподобной.