Если голограмма приняла меня за свое, то надо гнуть эту линию дальше. А отрыв в несколько километров, даже если фоггеры уже спустились и идут за мной, все таки давал мне небольшую фору.
Вот только сфокусироваться стало сложнее. Паленая энергия не только тормозила Ориджинала, но тянула энергию и из меня. Я только-только слез с айсборда, пару раз прыгнул с «чистого» камня на «чистый», чтобы следов не было, а уже запыхался.
Еще и знаков теперь было двадцать четыре. Ну кто так делает? Межкомнатные двери вообще можно не закрывать!
Повозмущался сам с собой, стряхивая напряжение, и приступил к взлому кода.
Тьфу! Непонятно, что в Мерзлоте проще: малиновое варенье настоящее достать или прокачать пси-волны.
Собрался. Даже глаза чуть-чуть прищурил и, водя перед собой пальцами, рассортировал знаки в нужной последовательности. Прямо дирижер с финальным взмахом, приказывающим дверям открыться.
Сразу же включил фонарь, просвечивая открывшееся передо мной помещение. Большой зал, заставленный саркофагами. Или гробами. Ну или хрустальными боксами.
Верхняя часть напоминала медицинскую капсулу по типу той, в которой мы сначала держали Татьяну. Только все же гроб, а не бочка.
И много — я всего несколько метров вперед прошел, а уже высветил по десятку с каждой стороны.
Большие, прозрачные, но сейчас мутноватые крышки из материала, действительно, напоминающего хрусталь. Нижняя часть из скайкрафта — куча символов и большая панель управления с редко мигающими пикселями на встроенном экране. Под ним отсек с проводами — сразу пять толстых гибких трубок уходили к полу и разбегались в разные стороны.
Вокруг, пусть «грязная», но все же энергия. Блокирующий излучатель либо установлен внутри, либо вся капсула была этим излучателем. Аккуратно подошел поближе и протер верхнюю крышку. Не пойми что размазал, но видимость улучшилась. Поднес фонарь впритык и заглянул в получившееся окошко. Дыхнуть бы еще по старинке, но боюсь, только мой шлем и запотеет.
Сквозь мутное стекло разглядел шлем «Защитника». Не черный, скорее темно-синий.