Здесь, в старых, покрытых пылью и следами времени рукописных и печатных фолиантах, мирно дремала история города начиная с петровских времен.
Молчаливо выслушав сбивчивые объяснения, строгая женщина с гулей на голове без лишних слов протянула бланк с длинным перечнем вопросов, на которые Инна не знала и десяти процентов ответов. Продолжая вчитываться в отпечатанные строчки, она ненароком покосилась на поглядывавших на нее сотрудниц архива, и вдруг ей показалось, что одна из них сделала украдкой кивок другой и после этого сняла трубку телефона.
«Детка, никогда и никому об этом не рассказывай. Пока времена не переменятся», — тут же всплыли в памяти бабушкины слова. Мило улыбнувшись сотрудницам архива и пообещав, что вернется со всеми недостающими данными, Инна выскользнула за дверь и, испуганно озираясь, не разбирая дороги, побежала прочь.
Выбившись из сил, она наконец-то осмелилась оглянуться: никто ее не преследовал. Более того, никому из редких прохожих не было до нее никакого дела. Выбравшись из каменного лабиринта к набережной какого-то канала, она прислонилась к холодному парапету и, глядя в темную, покрытую льдинками воду, расплакалась.
— Простите, вам плохо? — неожиданно услышала она за спиной участливый мужской голос.
— Нет-нет, спасибо, — быстро ответила Инна, даже не обернувшись. — Все в порядке.
— Я могу вам чем-то помочь? — проявил настойчивость прохожий.
— Спасибо. Все хорошо, — вытирая слезы застывшей от холода ладошкой, повторила она. — Мне никто не может помочь.
— Вообще-то историк, — спустя несколько мгновений ответил незнакомец. — Историк, искусствовед. Смотря кто вам больше нужен.
— Правда?! — не пытаясь скрыть следы слез, недоверчиво обернулась Инна.
Позади нее стоял высокий худощавый человек и пристально смотрел сквозь толстые линзы больших роговых очков. В шапке с опущенными ушами, которой, судя по виду, было не менее двадцати лет, в брюках, давно не видевших утюга, в куртке, на которой то тут, то там в глаза бросались пятна непонятного происхождения, он был похож на кого угодно, но только не на работника интеллектуального труда.
— Не верите? — словно прочитал он сомнение на ее лице. — Я бы тоже не поверил, но в хранилище вышла из строя система отопления, а вот-вот грянут морозы. Всех сотрудников откомандировали в помощь рабочим.