Я даже не узнала Ларэна в этом скрючившемся существе со слипшимися волосами, кожа его была местами покрыта волдырями. Другая часть кожи будто высохла и потрескалась, а края ран воспалились, и из них сочилась прозрачная и очень пахучая жидкость. Он постоянно то вздрагивал, то начинал еще сильнее сжиматься от боли, не переставая стонать от этого. Все места, которые были перебинтованы при его поступлении, пропитались пахучей жидкостью. И чем ближе мы к нему подходили, тем ближе подступала тошнота к горлу, которую я уже с трудом сдерживала.
— Мне нужно к нему прикасаться, от этого ему будет легче, я правильно поняла? Также как ты на корабле приходил по ночам прогнать мои кошмары, а я прогоняла твою боль? — спросила у Элика, припоминая, как он осторожно до меня тогда дотрагивался.
— Да, именно так, Елена! Но что будет, когда ты все это сделаешь ради него, а он все равно снова сбежит? Что тогда? — непонятно, за кого из нас Эл больше переживает.
— Давай попробуем, тогда и узнаем, что будет дальше! — каково бы не было его решение потом, мое решение сейчас — помочь ему.
Сколько не откладывай неизбежное, но раз решила помочь, надо это сделать. Может не все так плохо, как они говорят, главное справиться с тошнотой. Я не злилась на Ларэна за то, что он сделал с собой, просто не понимала, почему он готов умереть в таких мучениях, лишь бы избежать отношений с женщиной. Сев на кровать рядом с его скрученным муками телом, отодвинула слипшиеся и спутавшиеся в колтуны когда-то красивые волосы, стала аккуратно гладить его по плечам.
— Все будет хорошо, не сопротивляйся, я просто хочу тебе помочь! — я шептала ему в ухо слова, хотя понимала, что из-за такой боли он не понимает и, скорее всего, не слышит меня.
— Зачем тебе это, опусти меня, не мучай! — прохрипел он мне в ответ, такого я не ожидала.