Смотрелось это очень забавно, так как и за столом хранитель не слезал с его плеча. Он делал умилительные моськи с голодными глазами и очень мило скреб Зака по плечу лапками, чтобы с ним поделились. Вот и сейчас, направляясь на кухню, он сидел на руках у Зака, готовясь выпрашивать еду. На кухне мужчины, как всегда, занялись приготовлением ужина, категорически не пуская меня им помогать. Но я все равно присматриваюсь к продуктам, хочу им как-нибудь сделать сюрприз. На кухне о конфликте между Заком и Урихом было забыто благодаря хранителю.
— Слушай, Ларэн, а что было перед первым случаем, когда порвалась цепочка? — переварив мой вопрос, который оставили без ответа, задал его по-своему Дэрок.
— Нашел, о чем спросить! А ты сам-то помнишь, что было месяц назад в каждый из дней? — возмущённо уставился на него Ларэн.
— Тут ты, конечно, прав. Не помню. Но если цепь, которая вообще никогда не рвалась и такое выдержала, вдруг рвётся, я бы точно запомнил! — направил его мысли Дэрок.
— Пытался я вспомнить, да только день как день, никаких новых знакомств или неожиданных встреч, — задумчиво ответил Ларэн и, хмуря брови, стал пытаться вспомнить вновь.
— А никаких необычных ощущений не было? — тоже решила попробовать помочь и подтолкнуть его память.
— Что ты имеешь в виду? — все так же хмурясь, уточнил он.
— Честно, не знаю. Например, кольнуло где-то или больно было, может резко холодно стало? — стала накидывать варианты.
— Это ты к чему спрашиваешь? — тут уже и Урих заинтересовался.
— Подумала, может как-то повлияли на цепь, чтобы звенья цепи раскрылись? Зачем то туда камень все же поместили, который его в кошмар погрузил, — есть же оборудование, которое воздействует на металлы у нас, может и у них есть.
— Я понял твою мысль! Ведь при обработке металлов используют специальное оборудование, которое меняет структуру и плотность металла, — теперь глаза Ларэна загорелись, и мы его потеряли.
— Кстати, элохай говорил, что когда Ларэн придет в себя, то мы поймем, почему под раздачу попал и Элик? — вот эту часть мне не сказали.
И почему-то все молчат о том, что чувствует Ларэн после того, как сняли камень.