— Об пороги сильно не бей, это у него волос и зубов много, а голова одна, помни об этом! — напомнил Зак, а сам в это время смотрел на шокированных Ларэна и Элика.
— А ты помнишь, что сказала Рояна в сообщении? — не поворачивая головы и не останавливаясь, спросил жнец.
— Что? Позаботиться о Елене, помыть, сделать массаж и намазать, вроде все? — непонимающе смотрел Зак.
— Все то все, а чем намазать ты нашел? — бубнеж жнеца уже исходил из ванной.
— Слушай, какой же ты противный и злой, это же жуть! Как тебя окружающие терпят то? — Заку и самому было не просто держать на руках Елену, не имея возможности насладиться ее телом.
— Тут ты ошибаешься, это я еще очень добрый, семья всё-таки! — оскалился жнец. Он повернулся к двоим, которые резко взбледнули, понимая, что сейчас с ними будет. Осознавая, что помочь мужикам, он не может, да и если честно, не очень хочет, Зак пошел в ванную, где уже жнецом заботливо набиралась вода. Войдя, он нашел полотенце, которое собирался устроить под головой Елены для комфорта.
— Ты все никак не успокоишься? — спросил Зак жнеца.
— И не успокоюсь, пусть не надеются. Надо же было так измучить, что когда мы прибыли, она уже крепко спала обессиленной. А это светлячок у меня еще увидит отсутствие радости в жизни. Не, ты подумай, сбежать втихую от всех и прибыть сюда, чтобы развлекаться. Мы его там, блин, ищем, а он уже сюда улетел на всех порах, чтобы успеть к празднику, — очень злой Дэрок содрал постельное белье и открыл окна, впуская вечернюю прохладу.
— Дэр, ты же знаешь, они еще молодые и бестолковые, не умеют ждать. Но завтра, пока малышка будет спать, согласен, надо им объяснить. Но сам же понимаешь, если бы мы с тобой приехали, когда она не спала, то все равно ничего не было бы. И ты, и я знаем, что первую ночь мы можем быть только наедине, иначе остальные пострадают, — попытался успокоить его Зак
.