— Надеемся, что после тебя придут еще те, кто сможет понять, что внутри такого большого и страшного создания для любимых и дорогих бьется такое же большое, но очень доброе сердце.
— Я давно поняла, что там прекрасное и доброе сердце которое умеет любить, несмотря ни на что. Ваши потомки прекрасные воины и великолепные, достойные мужчины, которые стоят того, чтобы пройти все это ради них! — эти слова я говорила от чистого сердца, ведь именно так я и считала.
— Ты маленькая, но сильная и мудрая. Будь счастлива с ним, а мы с радостью благословляем ваш союз, дети наши…
Эти слова я уже слышала где-то в отдалении.
"Но потом моего тела коснулись теплые мужские руки. Меня окутал такой родной и близкий запах любимого. Меня подняли на руки и гладили, чтобы согреть, было так тепло и уютно. Немного пришлось напрячься, чтобы выплыть из остатков сна и открыть глаза.
Сфокусировав взгляд, я сразу утонула в таких дорогих и любимых желтых глазах. Меня обнимали родные и знакомые руки, но в тоже время они были другими. С помощью Зака я села поудобнее и стала рассматривать изменения в нем.
Теперь он был ростом около двух метров, но тело оставалось таким же физически развитым, с широкими плечами и бугристыми мышцами. Крепкие руки были увиты венами, кисти стали меньше, и теперь моя рука не так сильно тонула в них.
Все тот же крупный волевой подбородок, пухлые мягкие губы, а когда он улыбнулся появились такие милые ямочки. Широкие скулы и глубоко посаженные желтые глаза, которые даже сейчас красиво мерцали в полумраке. Я с таким наслаждением гладила и рассматривала его.
Хотя Зак стал намного меньше в росте и в масштабах тела, это был все тот же мужчина, чье сердце билось в унисон с моим.
— Ты изменился, мой родной, но так и остался моим любимым! — не смогла не сказать ему.
— Да, в процессе обряда мое тело специально изменилось для тебя. Помнишь, у нас вначале взяли кровь и смешали? — спросил он у меня.
— Конечно, помню! — разве такое забудешь.
— Это делается для того, чтобы когда мы сможем пройти последнюю стадию в обряде, мое тело изменилось бы и стало идеально физически подходить твоему, — так вот для чего это было нужно.