Права человека? Война с Царством? Да они об этом даже не думают — слишком самоуверенные. И вот на этом их самодовольстве я и планирую сыграть.
Теперь о рисках. Я понимаю: стоит кому-то залезть ко мне в голову — всё, конец. За мной лежит столько «преступлений» против Организации. Одного Организатора я держу в пустыне, другого пристрастил к турецким сериалам, а третий спит в анабиозе в моем подвале. Единственное решение, которое приходит в голову, выглядит рискованным, но имеет право на жизнь.
Мне нужно наладить сотрудничество с Организацией.
Кольцо связи с жёнами не работает. Очевидно, Организаторы предусмотрительно заблокировали это место. Но я не привык полагаться только на одно средство. Кольцами мир не ограничивается.
Я мысленно зову Ломтика, зная, что он где-то поблизости — этот малой никогда далеко не отходит. Спустя мгновение щенок выглядывает из теневого портала, едва почувствовав призыв. Я киваю ему и даю задание: достать нужные предметы из Невского замка.
Быстро вывожу на бумаге: «Со мной всё в порядке. У вас как?»
Ломтик, не теряя времени, исчезает с запиской. Вскоре он возвращается с ответом, аккуратно выведенным идеальным почерком Лакомки: «Да, всё отлично, Мелинда, не волнуйся. У нас всё хорошо. Мы ждём твоего возвращения».
Улыбнувшись на мгновение, пишу новую записку: «Позвони Горнорудовой. Пусть баронесса одолжит „холодный кошелёк“.
Щенок снова исчезает в тенях. Я, звеня кандалами, опускаюсь на кровать. Мягкий матрас приятно пружинит. Решаю вздремнуть и закрываю глаза, настраиваясь на полчаса сна. Впереди — слишком многое, чтобы встретить это уставшим.
* * *Резиденция Горнорудовых, Москва"
"Жанна лежит на мягком диване в гостиной своей московской усадьбы, задумчиво покачивая бокал с вином. Густой рубиновый напиток лениво скользит по стенкам, но удовольствия он не приносит. Апатия наваливается с новой силой.
Особенно раздражает, что усадьба Филиновых до сих пор остаётся для неё недосягаемой крепостью. Недавний инцидент с Провидением всё усложнил. Она надеялась, что сможет заставить спасителя проникнуться её образом будущего, но всё обернулось совершенно иначе.