— Он… без всадника⁈ Что ему здесь надо⁈ — в ужасе вскрикивает мусорщик, прижимаясь к рулю. Вонь от него явно выдаёт, что нервы у борца оказались не железные.
Я хлопаю его по плечу:
— Спокойно, борец, это наш знакомый.
— Ваш?!!! — его голос переходит в фальцет.
— Ага. Дальше мы своим ходом.
Выпрыгнув из машины первым и подав руку Лакомке, я оглядываюсь на водителя, который продолжает дрожать так, будто его вот-вот скрутит судорогой. Это его птичка так пугает что ли? Так сейчас уберем.
По моей команде грифон грузно спрыгивает с капота.
— Удачи тебе, борец, — бросаю я, не скрывая усмешки.
Мусорщик нервно кивает, что-то неразборчиво бормоча под нос, и нажимает на газ так, что фургон исчезает в темноте быстрее, чем я успеваю моргнуть. Странный какой-то. Даже не попрощался. И чего он так спешит на свалку? Ответственный работник, видимо.
Я похлопываю грифона по пернатой шее, чувствуя под ладонью мощные мышцы, и с усмешкой говорю:
— Хорошая птичка. Будешь Цапкой. Подходит тебе, правда?
Лакомка приподнимает бровь, явно удивлённая моим выбором имени:
— Да неужели ты хочешь её себе оставить? У нас же уже есть отряд грифонов и даже один пингвин-аутист.
Я улыбаюсь, не обращая внимания на её скептицизм:
— Вот и будет ему компаньон. Может, она его чему-нибудь полезному научит.
— Например, летать?
— Пингвины не летают, — пожимаю плечами, а потом задумываюсь. — Обычно.
— Да? А в нашем мире летают, — удивляется альва.
Цапка не в курсе нашего обсуждения, так что мирно топает рядом, качая клювом.
Через некоторое время, активировав артефакт телепатии, я ощущаю поблизости крупный лагерь. Мысли и эмоции людей внутри образуют плотный, еле уловимый фон, словно отголосок далёкого гудка. Решаю не терять времени и не делать лишних кругов — направляюсь прямо к цели.
Спустя несколько минут путь нам преграждает патруль: двое греков в камуфляже, с автоматами наперевес.
— Стой! Кто идёт⁈ — окрик раздаётся резко, словно выстрел.
Но уже в следующую секунду их глаза расширяются, и они буквально застывают на месте.
— Ого…!!! — один из них едва не роняет оружие, впечатлённый видом Цапки.
— Не стрелять. Она приручена, — спокойно говорю я, шагнув вперёд, чтобы заслонить зверя от направленных на неё чёрных стволов.
— Да? А ты кто такой? — голос второго звучит настороженно, но уже с намёком на любопытство.