В дверь постучали.
– Входи, Петь! – откликнулся маг, почувствовав, кто пожаловал.
Дверь деликатно приоткрылась, а посетитель скромно замер на пороге.
– Господин, там экипаж подъехал.
– Уже иду. – Мартин повернулся, осматривая комнату на предмет непредназначенных для чужих глаз вещей. Все было в порядке и на своих местах – в тайниках. Можно ехать.
– Ух ты! – ахнул за его спиной Пьетро, наконец рассмотрев мага во всей красе. – Господин, вы сейчас и правда как самый настоящий высокородный лорд! – в восхищении выпалил мальчишка.
Он и есть самый настоящий высокородный лорд, если на то пошло. Но разве это имеет значение?
Март снисходительно улыбнулся.
– По-твоему, лордом делает одежда?
Мальчик смутился.
– Простите, господин… Нет, конечно нет.
Мартин собрался, отбросил от себя ненужные мысли, выпрямил плечи.
– Вот и я так думаю, – потрепал Пьетро по вечно взъерошенным волосам и направился к выходу. Мальчик посторонился, с почтением склонив голову. Март замер на пороге, обернулся через плечо. – Спину передо мной не гни, – сказал строго.
И направился к лестнице.
Несмотря на то что Мартин жил недалеко от королевского дворца, на дорогу ушел почти час.
Центральные улицы были переполнены богатыми экипажами и сопровождающими их конными отрядами. Стоило Марту выехать из своего переулка, его экипаж тут же попал в «пробку» – очередь из карет тянулась насколько хватало глаз, а уже через минуту стал, кажется, десятым в очереди: гости все прибывали.
Март покачал головой, посочувствовав организаторам праздника, перед которыми король поставил почти непосильную задачу – организовать прием такого количества гостей меньше чем за неделю.
Мартин усмехнулся: а король жесток к своим подданным. Должно быть, аристократы, узнав о скором празднике, рвали на головах волосы, подыскивая подходящие наряды.
Это Март пошел и заказал костюм, который сшили за пару дней. Знатные дамы тратили недели, чтобы придумать образ и прическу, не говоря уже о том, чтобы сшить и еще тридцать раз перешить наряд, пока, по их мнению, он не достигнет совершенства.
Мартин помнил с детства, как подруги матери, заезжавшие к ним на великолепные пироги Эльзы, всегда сетовали, что до бала осталось каких-то полгода, а у них до сих пор не нарисован эскиз платья.