Аленсия не дружна с магией, а посол совершенно точно не владел знаниями древних, чтобы начертить подобные знаки на стреле. Мартин сам видел такие впервые и мог только догадываться, какой в них смысл. Убить конкретного человека? Человека с королевской кровью?
С такими символами Март был не знаком, но точно знал, у кого имелось некоторое количество страниц из книг, подобных той, что досталась ему от Гелены Роуг.
Он со злостью сжал стрелу в кулаке. Древко переломилось надвое.
Густав удивленно обернулся.
– Ничего, – ответил маг на невысказанный вопрос.
Что должны были сделать руны? Хватило ли времени их нахождения в теле, чтобы запустить необратимый процесс… чего? Отравления?
Март предпочел не рисковать.
Пользуясь тем, что Густав был занят и стоял к нему спиной, загораживая своим телом обзор раненому, маг плеснул в стакан янтарную жидкость из бутылки и, пока никто не видел, полоснул ножом себе по пальцу. Кровь побежала в подставленную посуду веселой струйкой, смешиваясь с находящейся в ней жидкостью и становясь совершенно незаметной.
– На, выпей еще. – Март протянул стакан Брэнигану.
– Не хватит ли с меня? – усомнился тот.
Черты его лица заострились, под глазами вырисовывались фиолетовые круги.
– Выпей, – повторил маг с нажимом.
Он понятия не имел, поможет ли кровь черного мага уничтожить влияние рун, но очень на это надеялся. Больше вариантов у него все равно не было."
"Март бросил взгляд за окно: день в разгаре. Как жаль, что он не мог помчаться к Восточным воротам прямо сейчас.
Корнелия сидела на диване в гостиной.
Мартин подошел и сел рядом, однако не слишком близко, не касаясь.
– Он уснул. Думаю, ему лучше переночевать здесь. Не стоит пока никуда ехать.
– Хорошо. – Девушка не стала спорить.
Если бы не руны на стреле, Март не стал бы настаивать на том, чтобы Брэниган остался. Но теперь он должен был убедиться, что его кровь подействовала.
Помолчал.
– Ты тоже можешь остаться, – сказал затем. – Наверху много гостевых комнат. Или можешь поехать домой и вернуться в любое время.
Корнелия подняла на него глаза. Ресницы влажные, значит, все-таки не сдержалась.
– Если ты не против, я останусь. Отошлю к матери гонца. Когда мы с Риком, она за меня спокойна.
– Конечно, – кивнул Март.
Она протянула руку, и он сжал ее холодные пальцы.
– Если завтра ему не станет лучше, – прошептала Корнелия, – то я лично вызову Приуза. Рик же весь зеленый, разве так должно быть?
Мартин проигнорировал окончание фразы.