Или наоборот – слишком низко – так бы он и ждал облавы, нежась в кресле перед камином…
Март подался вперед.
– Молчи и слушай, – заговорил быстро и строго. – Скоро сюда придут люди…
Пьетро растерянно моргнул.
– Гости? Накрыть на стол?
Мартин раздраженно мотнут головой.
– Не перебивай, пожалуйста. – Петька тут же виновато потупил взгляд. – Они будут задавать тебе вопросы. Обо мне.
Мальчик тут же вскинулся.
– Что вы, господин! Вам не нужно напоминать! Я никому ни одного словечка, я…
Верность, самоотверженность.
– Идиотом не будь, – перебил Мартин, злясь больше не на собеседника, а на себя – за то, что привязал к себе мальчишку, но дело до конца не довел. – Эти люди придут не на чай и, если надо, развяжут язык любому. На любой их вопрос – отвечай правду. Говори – все. Действительно все. Это понятно?
– Но как же?..
– Это понятно? – повторил Мартин с нажимом.
– Да, господин.
– Да, Март, – поправил он скорее по привычке, чем осознанно.
– Да, господин, – как всегда уперся Пьетро. Ну да боги с ним.
Ощущения обострились. «Гости» были совсем близко. Март почувствовал, как покрывается гусиной кожей – дом накрыли куполом.
Мышеловка, из которой не уйти.
Но разве он собирался уходить?
Март встал и опустил закатанные рукава рубашки; застегнул манжеты.
– И чтобы вел себя покорнее мыши, – бросил взгляд на растерянного Пьетро. – Полное содействие.
Кажется, до мальчика наконец дошло.
– Это что же… – У него даже губы побледнели. – Они?
Март усмехнулся.
– И еще группа поддержки, – проворчал себе под нос. Пьетро услышал, часто заморгал, не понимая. – Уши закрой! – резко велел Мартин.
Пьетро послушался мгновенно – привык доверять и полагаться на своего «господина». Закрыл ладонями уши. В следующее мгновение рвануло: ухнуло, грохнуло, дверь слетела с петель и улетела в другой конец помещения, со звоном и грохотом сбивая все на своем пути.
Пьетро согнулся, как под обстрелом.
О да, их было много. Столько гостей в период обитания тут Мартина этот дом еще не видел."
"– Не двигайся! – рявкнул седовласый светлый маг в необъятной хламиде, первым ворвавшийся в помещение. Можно подумать, он сам своей белой «святой» силой вышибал дверь. Март не шелохнулся. Только стоял и смотрел.