Ее губы нежные настолько, что страшно шевельнуться. Словно бабочка крылом трогает. Сделаешь движение навстречу — сломаешь, навредишь.
Я этого боюсь. Потому сижу, тупо сцепив пальцы в кулаки до побеления в костяшках.
Прикосновение робкое, словно не целовались мы никогда.
Словно это наш первый раз.
Хотя, для нее он реально первый. До этого-то я ее особо не спрашивал… Просто брал.
А тут сама. Надо же…
Сам поцелуй невинный настолько, что его и поцелуем сложно назвать. Так, робкое трогание губами. Проверка для меня на прочность.
И вот прикол: раньше бы вообще все по-другому было.
Раньше бы она уже на этом диване валялась с задранной юбкой и раздвинутыми ногами.
А сейчас…
Сейчас я сижу, только чуть губы приоткрываю, позволяя трогать себя так, как ей нравится. Позволяя нежной девочке проявлять инициативу.
И Радужка ее проявляет.
Выдыхает, обдавая теплым воздухом мне губы, а затем, словно набравшись смелости, опять прижимается, ощущаю, как тонкие пальчики скользят по шее, к затылку, зарываясь в волосы, напрашиваясь на ответную инициативу.
И тут уж я не торможу.
Первый ступор, во время которого я ловлю дикий, ни с чем не сравнимый кайф от новизны ощущений, проходит, и я притягиваю к себе не сопротивляющуюся девчонку, перехватывая инициативу и показывая, как надо это делать правильно.
Не знаю, сколько парней ее до меня целовали, но думаю, что очень мало, потому что опыта совсем нет, и мой напор встречается немного испуганным выдохом. Я это дело ловлю и тут же торможу, необычно чутко для самого себя и ситуации в целом ощущая все эмоции.
Если раньше у меня и вопросов не возникало, каким образом действовать, как вести себя с девчонкой, попавшей в лапы, то сейчас все по-другому. Почему-то.
Мягко успокаиваю, глажу своими губами ее щеки, спускаюсь ниже, к покорно подставленной шее, прикусываю мочку ушка, добиваясь тихого удивленного всхлипа, такого сладкого, что все внутри дрожать начинает синхронно с ней.
Это просто невероятно!
Мы не целуемся даже, просто трогаем ртами друг друга, словно пробуем на вкус необычное, странное, но невозможно притягательное блюдо, которое очень хочется не сожрать мгновенно, а смаковать, бесконечно долго и сладко.
Радужка вздрагивает от каждого моего прикосновения, дышит быстро и поверхностно, с легкими всхлипами, сжимает пальцы на затылке, не отталкивая, а, наоборот, прижимаясь все теснее.
Кажется, она сама не соображает, что именно сейчас делает.