Первым делом Олжас потребовал бумагу и карандаш. Нарисовал какие-то непонятные треугольники и принялся объяснять премудрости. Сначала все показалось крайне сложно и запутанно, но через полчаса мы уже азартно шлепали картами.
– Здравствуйте, мальчики! – вернулась Серегина мать. – Гляжу, вы себе занятие нашли. Давно бы так!
– А отец где? – оторвался от карт Серега.
– Внизу, меня ждет. Я переоденусь и мы обедать пойдем. Вы, кстати, идете?
– Не, мы попозже, когда доиграем.
Олжас при слове ""переоденусь"" встрепенулся, но потом вспомнил что это не его мать и с сожалением проводил ее взглядом до двери в душевую.
Мы вновь погрузились в игру. Странно, но опытный Олжас обыгрывал нас совсем на немного, хотя я ожидал что он обдерет нас как липку.
– Вы точно не идете? – Серегина мать вышла и не глядя затолкала на нижнюю полку шкафа снятую одежду. Теперь на ней была простая футболка и широкая короткая юбочка, где-то до середины бедра, вся в крупных разноцветных цветочках.
– Не, потом… – Серега рассматривал карты, мучительно решая пасовать ему или не стоит.
– Ну как хотите. – она заглянула в его карты, одновременно снимая через голову бусы из крупных белых шариков.
– Пас! – принял решение Серега и с облегчением потянулся закинув руки за голову, при этом неловко толкнув локоть матери.
– Ай! – нитка бус порвалась и несколько штук запрыгали по полу, раскатываясь в стороны.
– Надо же! – огорчилась она. – Они мне так нравились.
Присев на корточки, она подобрала несколько штук, те, что оказались поблизости. Потом стала на колени и пошарила под Серегиной кроватью.
– Не, далеко укатились, так не достать.
Она еще ниже наклонила голову и забралась под кровать по плечи.
– К самой стенке закатились – донесся оттуда ее голос.
Серега заметно встревожился, вспомнив про потеки на стене и лужу на полу. За онанизм ему, конечно, ничего не будет, а вот за порчу казенного имущества – вполне.
Олжас же сидел на своем месте и глуповато лыбился, разглядывая оттопыренный женский зад. Недлинная юбка приподнялась, открывая красивые бедра. Я уставился туда же, забыв о Серегиных проблемах. Юбка крайне соблазнительно колыхалась, создавая впечатление что вот-вот покажутся трусики.