— А имя?
— Зачем? Стыдно… Бабушка учила, что девушке не к лицу первой признаваться в чувствах, и даже говорить об этом нельзя.
— Почему?
— Она говорила — счастье любит тишину.
«Какая мудрая бабушка, — мурлыкнула кошка. — Мне кажется, эта девочка — то, что мы ищем. Разговори её!»
И Наташа удвоила усилия.
Арлиона ей нравилась — держится просто, искренне улыбается и охотно общается. Вот только поделиться именем своей сердечной привязанности не спешит.
Так и этак, но вытянуть получилось — оказалось, девушка уже два года грезит об Адриане.
Почему-то это царапнуло, словно Наташа ревнует, словно она решила остаться в этом мире и выйти за Адриана замуж. Или её задело откровение Арлионы, потому что та познакомилась с лордом на целых два года раньше, чем невезучая попаданка? У них даже имена начинаются с одной буквы! У-у-у!!!
За разговорами время прошло незаметно.
— Леди, пора! — в сопровождении стайки горничных в зале появилась бонна.
Девушки всполошились, заметались, подзывая горничных. Затем пёстрой стайкой, словно вспуганные воробьи, бросились к зеркалам — проверить безупречность причёски и наряда.
— Леди НатаЛи Контессина тера Консо!
Услышав своё новое имя, Наташа поспешила к выходу.
— Ну как? — принимая руку девушки, еле слышно спросил он. — Нашла ту, кто тебя заменит?
— Да, — так же, почти беззвучно, произнесла иномирянка, шаря взглядом по плечам мужчины. — А где Мура?
— Оставил в своей комнате. Бал — не лучшее место для маленького ум’мирри, меня просто не поняли бы, продолжи я повсюду её таскать. Не переживай, Мура сейчас — самое охраняемое в замке существо. Не считая короля и его семьи, конечно.
— Она и сама может за себя постоять.
— Но об этом никто не подозревает, поэтому у моих покоев стоит охрана, — усмехнулся Ловерид. — Как говорят у вас — хорошее алиби на будущее. Когда ты исчезнешь, охрана подтвердит, что я не покидал покоев, и это снимет с меня все подозрения. Замок напичкан амулетами и артефактами, здесь магии столько, что эманации портального заклинания быстро растворятся в окружающем магическом фоне. Уже через четыре-пять часов от них и следа не останется.