Благодарите её и гиатроса Иринеоса. Потому что если бы не он, то я не смогла бы вам никак помочь.
- Я вас поняла, - кивнула девушка, - но молить богов о вашем благополучии всё равно стану! - улыбнулась девушка.
- Так, хлопнул себя по коленям Иринеос и поднялся на ноги, - мне нужно собираться в дорогу, с этой свадебной суетой совсем забросил дела. А время не ждёт! Пенелопа ты остаёшься здесь, со мной ехать не нужно. Слушайся во всём гиатрос Аглаю, она будет назначать для тебя ежедневно определённую работу. Только в асклепион тебе ходить запрещаю.
- Я всё поняла, супруг мой, - кивнула девушка, но мужчина уже на неё не смотрел. Он сверлил меня настойчивым взглядом, вздохнув, сказала:
- Они не пускают меня в женский абатон и загрузили больными в мужском настолько, что, простите, нужду справить некогда.
- И зачем тебе нужно было скандалить? - продолжал хмуриться Иринеос. - Не забывай, что несмотря на твой доро, ты рабыня.
- Кто бы дал забыть, - фыркнула я.
- Ты же не успокоишься?
- Не успокоюсь.
- Сложная ты, Аглая, - покачал головой старый лекарь, а я заметила с каким выражением на меня смотрит Пенелопа: девушка явно была растеряна от того, как именно я веду разговор с её мужем. То ли восхищение мелькнуло, то ли наоборот осуждение, не успела разобрать. Но это пока не важно. Меня волнует совсем иное:
- Это справедливо! - вскричала я, - гиатрос Лазарус тоже всё время в мужской части проводит. Получается, что до женщин, кроме рядовых жрецов с первым доро, а то и вовсе без оного, никому и дела нет!
- У гиатроса Лазаруса второй доро, - ни к месту пробурчал старик.
- Да знаю я! Определите его к женщинам. Скажите Мене... кхм-кхм, этнарху Менедему, что и в женской части нужен лекарь! Получается до нашего прихода в аклепион их и не лечил никто!
- Я поговорю с ним, - вздохнул Иринеос и шагнул к выходу из помещения. - Завтра с утра поговорю, перед отплытием.
- Спасибо, - просто сказала я и чуть успокоилась.
Ночь спала беспокойно, мне снились какие-то ужастики, словно меня догоняет неизвестный враг, прячущийся в тени домов, а я стучусь в двери, но никто не открывает. Проснулась резко, лоб покрывала испарина.
Мой сон прямое подтверждение реальности - кричи не кричи, никому и дела нет о том, что хочется мне. Так обидно стало, что чуть не разревелась. Но разбирать ночные видения мне не дали, в комнату влетел запыхавшийся помощник гиатроса Иринеоса Асэ.