Еще бы! Аршер женился на ходячем трупе, а тут пышущая здоровьем привлекательная девушка. Неудивительно, что его взгляд вот уже три раза прошелся по моей фигуре, задерживаясь на определенных рельефах неприлично долго.
Наконец, он посмотрел мне в глаза. Надо же, нашел, а я уже потеряла надежду. Думала, его взгляд окончательно заблудился в районе моего декольте.
Черные радужки глаз Аршера покрылись красными всполохами. Я уже знала, о чем это говорит. Он либо применяет свой Дар, либо зол, либо возбужден. Магии я не чувствовала, злым Аршер не выглядел, значит…
Его мысли явно носили интимный характер.
Это он мне изменять собрался? И плевать, что со мной! Отвесить бы ему пощечину, он заслужил, но я же себя выдам.
Аршер рассчитывал произвести на меня впечатление своим титулом, но я лишь пожала плечами. Подумаешь, королевский ловчий…
Моя реакция озадачила Аршера.
Но Аршер тоже не из тех, кто легко сдается.
— Позвольте пригласить вас на танец, — он протянул мне руку, предлагая вложить мою ладонь в его.
Прикосновение. Я неожиданно испугалась его. Вдруг оно поможет Аршеру узнать меня? А еще танец… я ничего не смыслю в менуэтах.
Естественно, я отказала и даже повод нашла:
— Я не танцую с женатыми мужчинами.
— Мы были знакомы прежде? — нахмурился Аршер.
— Кто же не знает главного королевского ловчего? — выкрутилась я. — О вас все наслышаны.
Я бы с удовольствием поболтала еще, но находиться рядом с Аршером было опасно. К тому же меня ждал намного более важный разговор с мудрецом."
"— Прошу меня простить, — сказала я. — Но мне надо идти.
Я обогнула Аршера и направилась в толпу — прямиком к Дайкору.
— Скажите хотя бы, как вас зовут? — донеслось мне в спину.
— Прекрасная незнакомка, — буркнула я в ответ. Вот ведь настырный!
Я шла и чувствовала взгляд мужа. Он жег мне спину между лопаток. Пусть смотрит, мне все равно. Скоро я буду далеко отсюда. От Аршера, от дворца, от этого мира…
— Эльвенг, куда же ты? — окликнул дядя.
Бах! — это лопнул воздушный шар моей мечты о доме. Граф Дербиш только что проткнул его своим длинным носом, который он вечно сует, куда не просят.