Игнатьев решил, что удобнее всего ему будет ближе всего к Императору, поэтому занял кресло возле стола Романова.
— Как вы думаете, зачем я вас вызвал? — спросил Николай Александрович.
— Зная вашу деятельную натуру, Ваше Императорское Величество, даже не стал пытаться догадываться, — соврал ему Ворон.
— Ой, темните, герцог! — шутливо погрозил ему пальцем Романов. — Но не буду вас долго томить, наверное, у вас и без того голова пухнет. Скажите, вы хорошо помните обстоятельства по делу Соколова Михаила Федоровича?
— Разумеется, — кивнул Игнатьев.
— Да. Сегодня я имел честь беседовать с его сыном и у него есть подозрения насчет намерений отца, — Император внимательно посмотрел на герцога. — Вы же, как глава тайной канцелярии, должны знать, что имеет в виду молодой человек?
— У меня есть некие соображения на этот счет, — ответил Ворон.
— Вот и хорошо, — откинулся в кресле Николай Александрович. — В таком случае, потрудитесь поделиться ими со мной.
Глава 5
Вот чем мне не понравилась Москва, по сравнению с Саратовом, так это заторами и расстояниями.
После завтрака с Романовым, я еще заехал в пару торговых центров и к тому моменту, когда вернулся домой, меня уже дожидался бывший поверенный нашего рода — Тимофей Александрович Заплатин."
"В моих воспоминаниях он отложился как зрелый энергичный мужчина, на вид которому было чуть меньше шестидесяти.
После встречи, он довольно тепло поприветствовал меня и даже прослезился, заметив, что я стал как две капли воды похож на своего отца. Ну а затем мы сели ужинать. За едой мы о делах не говорили вовсе и он заполнял паузы забавными историями из детства Соколова.
После ужина мы расположились с Заплатиным в моем рабочем кабинете. Он с коньяком, а я с бутылкой ликерного вина. Чего-то вдруг сладенького захотелось. Мы разместились в уютных креслах напротив камина, между которыми стоял небольшой столик с напитками.