Только люди, которых собаки не раз выручали из беды, могут до конца понять, как дорога была мне эта встреча с четвероногими друзьями.
Затем я подошел к Василию Николаевичу, которого тоже не видел давно. Это была первая длительная разлука за годы совместных скитаний по тайге. Мы обнялись, долго трясли друг друга.
Мальчишки отступили от собак, прижались к решетке и недоуменно смотрели на меня.
— Дядя, а дядя, это ваши собаки? — вдруг спросил самый бойкий и, пожалуй, самый маленький из них, сдвигая на затылок ушанку и поправляя висевшую на ремне чернильницу.
Известно, что от ребят не так просто отделаться, если возник у них важный вопрос.
— Алешка спорит, что эти собаки — овчарки, а мы говорим: у тех уши длинные, а эти — ездовые. Правда?..
— Чего ты мелешь — «ездовые, ездовые»! — перебил его мальчик с коньками. — Посмотрите, у них над глазами белые брови. Говорю — овчарки! Только не немецкие, а те, что овец караулят. Я видел на картине.
— У тех овчарок и морда на тебя, Алеха, похожа! Только под носом у них суше, — заметил кто-то, и все рассмеялись.
— Не спорьте, это обыкновенные сибирские лайки, — сказал я, желая помирить ребят.
— Я же говорил — охотничьи! — опять вмешался в разговор самый маленький. — У тяти была такая собака, Валетка. Она хорошо утят ловила. А ваши, дядя, на кого охотятся?
— Они утят не ловят и вообще птиц не трогают, их дело — медведи, сохатые. Случается, что мы их и запрягаем.
— А куда вы их везете? — спросил Алешка.
— В экспедицию.
— А-а-а… — вдруг пропели все в один голос.
Это слово совершенно неожиданно произвело на мальчиков магическое действие. Очевидно, экспедиция, по их мнению, — это беспрерывная охота на диких зверей, ночевки у костра, необыкновенные приключения, где можно проявить героизм или найти неслыханные сокровища. Ребята переглянулись и с любопытством принялись рассматривать нас, забыв о споре.
Когда мы начали перетаскивать багаж с перрона к машине, опять подошел тот же малыш, что первый спросил о собаках, и умоляюще посмотрел мне в лицо.
— Дяденька, дайте я до машины доведу одну собаку, — сказал он почти шепотом и пугливо взглянул на ребят.
— Как тебя зовут?
— Андреем."
"— Какая же из собак тебе больше нравится?
— Этот, лохматый, — и он кивнул головой на Кучума.
— Ладно, бери, только не упусти.
— Нет, вы дайте сами, а то отнимут.
Не успел я передать ему Кучума, как возле Бойки завязалась чуть ли не драка. Человек пять, толкая друг друга, хватались за поводок, кричали.