— Ты единственная девушка, кому я это делал, — сам не знаю, зачем признался.
Я же правдоруб херов.
— Правда? — почти беззвучно.
— Ага. Решил, языком — только своей жене. Ну, или невесте.
И снова между нами установилась эта волнующая тишина.
— Ты единственный парень, кто мне это делал… — почти не размыкая губ, однако я услышал.
Вот так признание.
И вот тут мне бы вырвать свой длинный язык, однако на грани шепота, спросил.
— А ты?
Лебедева тихонько всхлипнула, когда я несильно ударил её по клитору, продолжая дарить удовольствие, все еще в ожидании ответа.
— Я нет. Никому… — так пронзительно на меня посмотрела. — Решила, такое только мужу. Ну, или жениху, — смущенно улыбнулась, отводя взгляд.
Бляяя.
Чуть не загнулся от счастья.
К слову, моя дикарка уже не казалась такой горячей. Жаропонижающее понемногу действовало, однако выглядела Алина абсолютно измотанной и опустошенной. Мотор сжимался, переходя на холостой режим, глядя на результат своей же работы. Мудила."
"— Все, чего я хочу, чтобы ты расслабилась и заснула, а завтра проснулась здоровой.
— Кирилл… — с ее пересохших приоткрытых губ сорвался нервный смешок, — я… даже пошевелиться не могу… — виновато улыбнулась. — Боюсь после Лизы тебя разочаровать… Снова скажешь… — она осеклась, в то время как я клял себя последними словами.
Но сейчас не хотелось оправдываться и пытаться объяснить ей очевидные, по крайней мере для меня, вещи — секс с Лизой так и остался просто бездушным сексом, ничем не отличаясь от утоления похоти с другими бабами, которые были у меня за эти несколько лет.
К слову, было их не так много… Гораздо меньше, чем я перетрахал за девятый-десятый класс, когда жил один.
— Могу я тебя кое о чем попросить? — слегка подавшись вперед, Алина выразительно на меня посмотрела.
Кивнул.
— Я, итак, уже засыпаю… Это лишнее… — намекая на мой палец, размазывавший влагу по ее набухшим половым губкам. — Просто будь рядом. Обнимай меня всю ночь, как раньше… Но, пожалуйста, Кирилл, больше никаких упреков… Мы с Егором друзья. Да и если бы нам вдруг приспичило, никогда бы не стали делать этого в подсобке… Ну, в самом деле… — закатила свои красивые глазки.
Если бы нам приспичило…
От этой фразы меня знатно перекорежило.