Член налился кровью от подобной фантазии. В голове Марка даже мелькнула шальная мысль, что если девочка любит игры, то и на такое согласится. Откровенно говоря, если ему приспичит, он и спрашивать не будет.
А потом приласкает.
Губами.
На этот раз Марк мылся ещё быстрее. Шампунь использовать не стал, лишь гель для душа. Волосы просто смочил водой. Вытирался тоже, торопясь. Ему не терпелось оказаться с незнакомкой на одной кровати. На одной территории.
Презервативы вытащил из штанов заранее. Полотенце, как и в прошлый раз, использовать не стал.
Они же не разговоры вести собирались.
Кому-то сегодня однозначно не сиделось на кровати. Марк вышел и увидел, что девочка стоит у окна. Опять же окно она выбрала то, куда свет от уличных фонарей практически не падал. Интересно, сколько гостиниц она объездила, чтобы найти настолько подходящую? И номер выбран неслучайно.
Марк задержался, прищурившись.
Он помнил её тело, словно только вчера прикасался к ней. Её плавные изгибы, шикарные перепады. Тяжесть груди.
– Раздевайся.
Она явно не ожидала ничего подобного, потому что резко обернулась и выдохнула:
– Что?
– Снимай с себя белье. Хочу видеть, как ты раздеваешься. Хотя бы так.
Она стушевалась. Повернулась к нему лицом, но выполнять его распоряжение не спешила. Сегодня она волосы оставила не тронутыми, и они легкими каскадами падали ей на плечи. Не длинные. По ощущениям где-то повыше лопаток. Хватит, чтобы собрать их в кулак и потянуть назад, заставляя прогнуться в спине, открыть шею, сделав её беззащитной…
Стоп.
– Я жду только тебя.
– Ты сегодня…
– Голодный. И нетерпеливый, – бросил Марк немного агрессивно. – Я думаю, час ожидания подогрел и тебя. Поэтому давай, девочка, побалуй меня хотя бы таким скупым зрелищем.
Он готов был поклясться, что она облизнула губы, на которых не было ни блеска, ни, тем более, помады. Только чистота и ягодный вкус. Потрясающее сочетание. Большой палец на правой руке закололо – мужчина представил, как проведет им по её губам.
Чем дольше они стояли, выжидая, тем сильнее распалялось у него воображение.
Какого черта он вообще затеял эту игру с раздеванием? Снял бы с неё всё, как в прошлый раз. И она давно уже была бы в его руках.
Он понял, почему хотел, чтобы она разделась. Ему было мало её движений. Мало её силуэта. Очертаний. На кровати света почти не было, только тактильное восприятие.
Которое его удовлетворяло не полностью.