– Сейчас вытащит кто-нибудь, – сказал Лев.
Но, как назло, вокруг не было ни души. Впереди, за несколько десятков километров, виднелись огни немногочисленных домов. Над головой медленно проплывали перистые закатные облака.
– Толкнем? – предложил деловито Ляля.
– Садись за руль, – кивнул на машину Макс. – А мы с Левой толкнем.
– Чего это вы с Левой? – оскорбился Ляля. – Вдвоем не вытолкаете. Я вам помогу.
– Я сяду за руль! – заявила Лиля. – Мне отец не дает тачку, а у меня, понимаете, мечта…
– Конечно, не дает, тебе нет восемнадцати, – сказал Лев.
Лиля проигнорировала его слова. Поправила легкий кардиганчик и направилась к водительскому месту.
Машина глубоко увязла. Как только Лиля завела ее, грязевые брызги полетели из-под колес во все стороны. Я тут же отошла к обочине. Макс, который первым же и предлагал вытолкать машину, глядя на летящую жижу, отскочил вслед за мной.
– Макс, ты гонишь? – повернулся к нему рассерженный Лев.
Марвин вздохнул, но все-таки пристроился рядом. Правда, толкал, как мне показалось, все равно будто бы вполсилы, брезгливо уворачиваясь от грязи.
Ляля же со Львом толкали изо всех сил. От напряжения на их руках вздулись вены. Я все надеялась, что на горизонте все-таки появится какая-нибудь машина, но мы по-прежнему оставались одни. А если у нас ничего не получится? Что тогда делать? Ночевать в одном из стогов?
Макс первым отошел от машины и сел на траву возле меня. Ляля продолжал толкать вместе со Львом, но в конце концов тоже выбился из сил и рухнул рядом с Марвиным.
Лиля, углядев в зеркало заднего вида, что парни перестали толкать, вылезла из машины.
– Глушить? – выкрикнула она.
– Ага! – недовольно отозвался Макс, разглядывая свою испачканную одежду.
– Газуй! – приказал Лев.
– Стах, теперь ты гонишь! – запротестовал Марвин.
– Еще чуть-чуть осталось, – упрямо возразил Стахович."
"– Я сейчас сдохну от перенапряжения, – пожаловался мне Ляля.
– Если мы втроем не смогли, то тебе одному подавно ее не вытащить, – громко сказал Макс.
– Ну, так что? – все еще ждала ответа Лиля.
– Садись в машину, – приказал Стахович сестре.
– Чокнутый! Как же ты бесишь своим упрямством! – выкрикнула Лиля, однако снова села за руль и завела «Мазду».
Брызги полетели во все стороны с новой силой.
– Осел, – процедил Марвин.
«Мазда» все-таки тронулась. Обдав напоследок Стаховича жижей, дернулась и немного проехала вперед. Лев был весь в грязи.