Сейчас он был в ипостаси княжьего сына и брата и в этом варианте нравился Сергею больше, чем в формате вредного старого ведуна.
— Змеелюбцу скажи: к нему позже зайду. — И Сергею: — В избенку на коне решил въехать? Не получится.
Пошутил, однако.
— А надо?
— Надо что?
— В избенку. Мне девки грязнопятые не нужны.
— Ну извини! — развел руками Избор. — Княжон здесь не водится.
«Блохи здесь водятся, — подумал Сергей. — И вши».
Ошибся. Стайка девок, которых минуток через пять Избор вывел из избы-землянки, выглядела куда лучше, чем встретивший варягов косматый мужичок.
Вымытые, ладные, в выстиранных рубахах, лыковых черевичках.
— Которую берешь? — спросил Избор.
— Обойдусь.
— А я вот эту, — Избор поманил пальцем. — И вот эту тоже.
Не самые симпатичные. Что по местным меркам, что по личным — Сергея. Только и прелести, что молоденькие.
В «приданое» девкам мужичок принес мешок репы. Избор не отказался.
— Лови, — он метнул извергу-сутенеру медяк. — Натешусь, верну.
Тот поймал монету. Закивал часто.
— Дурачок, — сказал Избор. — Думает: с прибытком верну. Уж два года как я у них девок беру, а все надеется.
— Не получается? — с сочувствием просил Сергей, разворачивая коня.
Избор глянул остро: шутки он любил. Но только односторонние. Когда сам, а не над собой.
Решил все же — не издевка. Сказал сурово:
— Я княжью кровь по скудным утробам не разбрызгиваю.
— Травки пользуешь? — понимающе отозвался Сергей. Благодаря Сладе он неплохо разбирался в местной контрацепции.
— Травки — бабам.
— Со мной вряд ли получится, — усмехнулся Сергей. Всякие колдовские штучки на нем всегда работали слабо. Потому что не верил он в них. В Христа Сергей верил. И в Перунову силу тоже. А сглаз… Он хорошо помнил, как от него в прежней жизни всякие ворожеи шугались, опасаясь, как бы он их не «сглазил».
— Еще как получится! — заверил ведун. — Если корешок с бубенцами отчекрыжить.
— Это да, — согласился Сергей. Но тут же добавил: — Если.
Избор захохотал. Девка, бежавшая рядом с ним, держась за стремя, подобострастно хихикнула. На всякий случай. Языка нурманов она не знала.
Сергей покосился на ту, что перебирала ножками рядом с его конем. Светлая макушка, ленточка девичья, маленькая лапка, ухватившаяся за стремя. Меринок шел шагом, но ножки у девок покороче конских, так что бегом. Ничего, километра четыре осилят.
Осилили.
Когда впереди показалась ведунова оградка, девки даже не запыхались.