Воображаю, какое у него будет лицо, когда Вы войдете.
Деми захлопала в ладоши, представляя, как будет здорово и как удивится и обрадуется Тамиль.
На этом и порешили.
После обеда к Демиане зашла императрица, и они вместе посидели за рукодельем. Деми вышивала уголок пеленки, а Ее Величество — носовой платок в подарок мужу.
Женщины болтали о разном, Деми было легко и все сомнения ушли прочь. Она любит мужа и верит ему, и всякие плащи ее не волнуют.
— Демиана, я еду в город сегодня и заеду в наш дом. Тебе ничего не надо оттуда привезти? — однажды утром сказал Тамиль.
— Да нет, у меня все есть, — ответила герцогиня. — А когда ты собираешься туда поехать? Может быть, ты возьмешь меня с собой?
— Нет, не получится. Сразу после обеда я еду в Казначейство, потом в Гильдию Каменщиков и только потом заскочу домой. Не будешь же ты ждать меня столько времени!
— Да, ты прав, после обеда я лучше посижу и повышиваю. А почему Анри уже три дня не появляется?
— Он тоже занят — мы пытаемся найти хоть какую-нибудь ниточку, чтобы вытянуть мага, наславшего на императрицу проклятье.
— Покидать меня? — удивилась Демиана. — Разве ты не перейдешь со мной вместе?
— Перейду, конечно. Но моя работа здесь, поэтому время от времени я буду уходить в столицу. Но к ужину всегда буду дома! — пошутил Тамиль.
Демиана расстроилась. Получается, она будет привязана к замку, а муж будет проводить дни в столице? И сомнения, умело посеянные графиней и баронессой, опять приподняли головы.
Тамиль заметил, как расстроилась жена, и поспешил успокоить:
— Что ты пригорюнилась, мое сердечко? Это не каждый день будет, поэтому и стараюсь сейчас сделать больше, чтобы реже тебя покидать!
Деми улыбнулась:
— Все в порядке, я просто задумалась. Мне уже пора выходить, коляска наверняка уже подана, — и прихватив накидку, герцогиня вышла из покоев.
Де Соммери с интересом выслушала новости о планах герцога и постаралась успокоить девушку.
— Мужчины не могут сидеть дома целыми днями! У них всегда есть масса мужских дел и если жена не хочет, что бы муж ее разлюбил, она не должна запрещать ему ими заниматься.
— Главное, чтобы эти мужские дела не заключались в паре тугих сисек и упругих ягодиц, — ехидно дополнила баронесса. — В своем-то доме не уследишь, если муж приударит за чужой юбкой, а если он через пол страны ежедневно уходить будет, тем более не укараулишь.