Вижу, абайю ты не надела — на вопросительный взгляд девушки он показал на черное платье у нее в руках — пока можно обойтись только кандурой — он ткнул пальцем в платье — рубаху на девушке — но когда доедем до населенных мест, его придется надеть сверху кандуры.
— Какие сложности, — огорчилась Демиана. — А без этого нельзя обойтись? Я могу тихо сидеть и никуда не выходить.
— Невозможно все время сидеть, рано или поздно придется выйти, и тебя могут увидеть. Поэтому или ты во всем слушаешься нас и все делаешь так, как мы говорим, или оставайся здесь, а мы уходим, — ответил Раим.
— Мужу? — испугалась Деми.
— Женщина не может быть сама по себе, она или дочь, или сестра, или жена, или мать и всегда находится при мужчине. Проще всего везти тебя, как жену одного из нас, тогда ни один посторонний мужчина не поднимет на тебя глаз. Вот эти украшения, надевай, — и Арам протянул девушке платок.
Легкие браслеты на руки, ожерелье на грудь, поверх платья — рубахи и… ошейник? Демиана недоуменно вертела в руках узкую полоску простого белого металла, не украшенную ни одним драгоценным камнем, но зато с выгравированными на нем рунами.
— Это тоже украшение? — спросила она.
— Да, это знак, что ты замужняя женщина и другие мужчины не могут на тебя смотреть и разговаривать с тобой, — ответил Раим, напряженно следя за руками девушки. — Надевай, а то мы никогда не выедем, а нам надо до восхода успеть дойти до следующего оазиса, иначе мы все погибнем.
Демиана еще раз посмотрела на полоску в своих руках и приложила ее к шее. Полоска тут же завернулась и защелкнулась. Оба проводника выдохнули и заулыбались.
— А теперь поговорим серьезно, — выступил вперед Арам. — Ты только что добровольно надела на себя ошейник подчинения, а перед этим — браслеты и ожерелье, в которых кристаллы церзия. Ты знаешь, что это означает?
— Да, — прошептала Демиана. — Кристаллы церзия блокируют любую магию.
— Верно, и теперь ты не сможешь пользоваться своими способностями. Что такое ошейник подчинения, думаю, объяснять не стоит. Не надо так на меня смотреть, я всего лишь торговец и я честно купил тебя и не собираюсь издеваться над тобой или мучить. В моих интересах довезти тебя здоровой, поэтому если ты не станешь упрямиться и будешь во всем нас слушаться, никто не станет использовать ошейник для наказания или подчинения.