Так Демиана и стояла, со смеющимся малышом на руках, а вокруг коленопреклоненные и подданные и гости и над ними кружат тысячи сверкающих искорок благословления Всесветлой.
— Вставайте, вставайте же! — подала голос растроганная Деми.
Люди начали подниматься, и тут искорки стали падать в подставленные руки, и каждая превратилась в яркую прозрачную капельку — оберег.
* * *Долго в Империи и в других государствах будут помнить эти торжества! Сколько выпито было доброго вина, сколько съедено чудесных кушаний! Какие зажигательные танцы устроили потом на площадях, и сколько новых семей образовалось в эти дни! Ни одной ссоры или драки, при таком-то количестве выпитого, и при таком столпотворении! Не иначе, сама Всесветлая накрыла Империю своим пологом!
Договор с драконами был всесторонне обсужден и подписан, для имперцев открывались новые возможности.
Демиана купалась в любви мужа и обожании подданных, Варион рос и приносил родителям только радость. Только одно омрачало Деми — ее брачная вязь по-прежнему была черного цвета, а у Тамиля — неровный черно-белый рубец. Обе вязи нещадно чесались и это единственное, что с ними происходило. Ни маги, ни жрецы — никто не смог объяснить, почему так и восстановится ли вязь когда-нибудь.
Год спустя
— Варион! — Тамиль остановился и прислушался.
Где-то справа раздалось еле сдерживаемое хихиканье.
— Немедленно покажись! — строго сказал герцог. — Варион, нас мама ждет или ты хочешь ее расстроить?
Справа воздух пошел волнами и показался мальчик.
— Папа, почему ты меня не видишь? — спросил он, забираясь к отцу на руки. — Мама меня всегда находит.
— Потому что я мужчина, — ответил Тамиль. — Мужчины видят все большое, а женщины — все, что скрыто.
— А вот и нет! — подскочил Варион. — Ты меня не видишь, потому что у тебя слабый дар.
— Это тебе кто сказал? — насторожился герцог.
— Мама.
— А, ну да, она права, моя сила заключается в другом. Зато ты у нас сильный маг, правда, пока не очень послушный, — подкинул он сына на руках. — Дальше сам пойдешь или на папе поедешь?
— Сам!
Демиана смотрела на своих самых дорогих мужчин, которые чуть ли не вприпрыжку приближались навстречу.
— Ваша Светлость, — со смехом обратилась она к мужу.