Ник понял, что надо поскорее убираться отсюда, пока ее воспоминания не приняли отчетливые очертания.
– Я никогда там не был, – ответил Ник и в очередной раз покосился на дверь.
Адриенн, должно быть, неправильно расценила его намерения, потому что потянулась к нему и взяла его за руку, не собираясь никуда отпускать.
– Как ты попал на этот остров? Пока Фостер не сказал мне про него, я даже не знала, что он существует.
– Я думаю, мне просто случайно повезло, – Ник выдавил из себя слабую улыбку.
Ему пришло в голову, что раз уж он застрял здесь, то неплохо было бы и ему задать пару вопросов Адриенн.
– А ты? Как ты сюда попала? Зачем тебе потребовался отдых? – Ник посмотрел на безымянный палец, кольца на нем не было. – Ты разведена?
Она закусила губу и отвернулась:
– Нет. Я никогда не была замужем.
– Не может быть? Такая красивая женщина, как ты?
Адриенн повернулась к нему, благодарно улыбаясь:
– Спасибо. Очень мило с твоей стороны.
Ник слегка сжал ей руку:
– Я говорю правду, Адриенн.
Черт, что с ней случилось? Он же не сказал ничего обидного. Похоже, она сейчас заплачет.
Наверное, ей надо с кем-нибудь поговорить. Выговориться. А он единственный, кто может ее выслушать. Ник уже смирился с тем, что не сможет позвонить в деревню. Ничего, может, это и к лучшему.
Он может что-нибудь узнать об Адриенн.
Ник встал с кресла и присел на кровать.
– Хочешь, поговорим, Адриенн? Ну, о том, что ты чувствуешь, из-за чего расстраиваешься.
Адриенн в ответ слабо улыбнулась:
– Ты очень добр, Ник, но мне нечего рассказывать.
Он пожал плечами:"
"– У тебя здесь нет подруг, не с кем поболтать. А я никому ничего не скажу, к тому же здесь и некому рассказывать секреты.
У Адриенн задрожали губы, на глазах появились слезы:
– Просто эта орхидея напомнила мне о моей бабушке.
– О той, которая умерла?
– Да, ее звали Грейс Саммерс. Все звали ее Грейси.
– Вы, наверное, были очень близки?
Адриенн кивнула:
– Я жила с ней шесть лет после того, как были убиты мои родители.
Перебирая бахрому на покрывале, Адриенн грустно улыбнулась:
– Я не знаю, что бы я делала без нее.
Ник ничего не отвечал, он ждал, пока она снова заговорит. В нем росла уверенность в том, что Адриенн никакая не шпионка. Вряд ли она специально разыгрывала этот спектакль. Ей действительно было больно.