Завещание сына

– Этот человек брал у вас на прокат машину? – Ерожин выложил перед Стекленко фотографию велосипедиста.

– Да, это он.

– Вы когда-нибудь раньше его видели?

– Нет. Клянусь мамой, не видел…

– Распишись и пошел вон.

– Что?

– Что слышал.

Виталий Степанович дрожащей рукой вывел свою подпись.

– Все?

– Все. Можешь проваливать.

– Не могу.

– Это еще почему? – обозлился Ерожин.

– Мне бы в уборную…

– Маслов, проводите свидетеля в туалет и проследите, чтобы он убрался из Управления."

"Разобравшись со сторожем, подполковник размножил фотографию велосипедиста и спустился в столовую.

Наскоро проглотив вечный гуляш с овощным салатом, вернулся к себе. Ему оставалось показать фотографию Костролитина «смертникам» страховой компании. И он решил еще раз навестить склонного к философии Яровцева. Игорь Михайлович любезно согласился спуститься вниз, и Ерожину не пришлось проходить строгий кордон охраны престижного дома.

– Это он, – без колебаний заявил философ.

– Возможно, я вызову вас для опознания, когда мы его задержим.

Вы уж не откажите в любезности… – прощаясь, попросил Ерожин.

– Не откажу, – улыбнулся в ответ бывший «смертник». – Вы мне понравились, можете заходить и без дела.

– Взялись за книгу?

– Нет, решил, что моя прежняя деятельность полезнее. Вы ведь знаете, чем я в последнее время занимался? Надо же кому-то и мусор перерабатывать. А от приглашения не отказывайтесь. Из моего бара, голубчик, вы попробовали лишь малую толику.

– Догадываюсь, – усмехнулся подполковник и, поблагодарив бывшего журналиста, а не философствующего предпринимателя, газанул назад, на Петровку.

В половине четвертого он собрал сотрудников.

– Кассета у Вольновича найдена, – доложил Волков.

– Молодец, Тимофей. Со Строковой можно закругляться. Но сегодня мы должны завершить и другую операцию, – начал подполковник, прохаживаясь по кабинету, – Игнат Костролитин убийца. Его надо брать. Обыск необходимо провести цо трем адресам. В Подрезкове у супруги Костролитина, по его московскому адресу и в Переделкине. Я поеду с группой в поселок писателей, Волков – к Велозаводскому мосту, а Маслов с Димой – в Подрезково.

Основные улики – вещи доктора Крапивникова, его одежда или документы, надувная лодка, помпа и бельгийские резиновые сапоги. Скорее всего, убийца от улик успел избавиться. Но, учитывая патологическую скупость преступника, допускаю, что он и тут пожадничал. К тому же Костролитин уверен, что обманул нас. Лодку он надувал за триста метров от того места, куда выбросил труп.